Харальд молча сунул ей в руки принесенную одежду, вскинул ее на плечо. Одной рукой прихватил ноги под складками мехов…
И вынес, пригибаясь в дверях.
Что-то не то со мной, с ужасом думала Забава.
Уж не набралась ли она чего колдовского от Красавы? Ту ведь тоже вон как высекли, а она быстренько оправилась.
И, задумавшись над всем этим, она даже не воспротивилась, когда Харальд взвалил ее на плечо и понес. Не стала отнекиваться — мол, сама дойду.
Даже мысль нехорошая проскочила — если пойду, то покажу всем, что уже сама хожу, не кашляю. А люди ведь всякое подумать могут…
Баня встретила их жаром, запахом дыма и запаренной хвои. Рабыня, подкидывавшая поленья в каменку, выскочила из парной, едва услышала, как кто-то вошел. Харальд поставил Забаву на пол, задвинул за рабыней засов на двери.
А потом быстро разделся. Подошел к ней, голый, с косицами, разметавшимися по плечам — и замер рядом. Смотрел как-то странно, пристально, словно в первый раз видел. Лицо тонуло в полумраке, который разгонял светильник на полке, только глаза сияли — холодным серебряным светом.
И Забава под этим взглядом смутилась. Вспомнила вдруг, что на ней опять штаны…
— Помочь? — выдохнул Харальд.
— Я сама, — торопливо сказала Забава.
И, отвернувшись от него, быстренько все скинула. Повернулась к Харальду, прикрываясь зачем-то рукой. Хотя чего прикрываться? Он ее какой только не видел.
Надо сказать о том, что и к ней прилипло чужое колдовство, мелькнуло вдруг у Забавы. Харальд должен знать, что она для него может быть опасна. Сам-то он не додумается… известное дело, у мужиков, когда они на бабу смотрят, мысли только об одном.
Вот полюблюсь с ним последний раз — и скажу, твердо решила она.
Потом шагнула вперед, едва не наткнувшись на Харальда. Он посторонился, давая дорогу. Двинул головой, взглядом и подбородком указывая на дверь парной.
Забава пошла к ней. На ходу ощутила, как Харальд ее коснулся. Жесткая ладонь скользнула по ягодицам, по спине…
А едва переступила порог и очутилась в жарком, пахнущем дымком и хвоей полумраке, как Харальд вдруг развернул ее и притиснул к бревенчатой стенке возле двери. Телом притиснул, даже не руками. Выдохнул тяжело, глядя ей в лицо.
— Дверь бы закрыть, — тихо сказала Забава.
Харальд потянулся в сторону, не отводя от нее взгляда. И копье его, уже налившееся, уже вжавшееся Забаве в низ живота, от этого движения жестко скользнуло по коже.
Дверь хлопнула, закрываясь.
Когда он закрыл дверь, Сванхильд вдруг вскинула руки.
