Но я не знаю, где он находится. Собака знает. Через неё мы настраивали канал перекачки. Это была последняя модификация. Теперь Собирателю не нужна ни она, ни я.
— Вы сможете повторить сборку?
— Следственный эксперимент.
— Смогу. Если нужно. И если вы не дадите мне рехнуться.
Ренельд склонился над пленником, заставив его вжаться в спинку стула.
— Вы понимаете, что моя забота о вас будет всецело зависеть от серьёзности вашей помощи? И она прекратится. Однажды.
— Я согласен и на это. И расскажу всё, что знаю.
Ренельд не стал забирать у него накопитель: той энергии, что влила в него Мари, хватит на какое-то время. И это же время пойдёт на размышления и поиски новых зацепок.
Загадочная третья сторона, что в пику самому Собирателю убирала адептов, участвовавших в исследованиях. Неизвестное место, где хранится накопитель светлых аур… Слишком много пробелов. Кажется, всё начало распутываться, и в то же время нить постоянно за что-то цеплялась, не давая двигаться дальше. но пока Ренельд услышал всё, что хотел.
Тайному сыску короля было поручено выяснить всё о том, кто ещё в Санктуре интересовался той группой адептов, которая затем была отчислена так скоропостижно и скрытно. Возможно, прояснится что-то о тех, кто мог идти по следу Собирателя. Третью сторону сбрасывать со счетов пока нельзя.
Как бы ещё поскорее разговорить Ли?
Но уже то, что Венсан, окончательно раскроет почти что воспроизведённую схему накопителя и ловушек — обнадёживало. Теперь можно будет разрабатывать артефакты, поглощающие их энергию.
За выяснением деталей прошло два дня. Как и обещал, его величество во всеуслышание объявил о том, что через десять дней начнётся состязания за право называться будущим преемником короля.
Эту весть персональными обращениями отправили ко всем претендентам — и дали им срок подготовиться и собраться день в день. Кто не успеет или начнёт тянуть время — лишается права даже пройти через арку проверки ауры. Не то что участвовать в испытаниях.
Тогда же лекарь месье Майсон сделал вывод, что самые большие опасности для здоровья Ренельда закончились — и как раз к началу состязаний он придёт в свою обычную форму. Даже шрамов на лице не должно остаться.
Как будто это было так важно.
И потому, как ни мало хотелось этим заниматься, а пришлось обратиться к переработанным записям Эдгара д’Амрана — чтобы наконец испытать их на деле.
Во избежание случайных вмешательств, Ренельд с Мари уехали в Эйл, прихватив с собой Лабьета вместе с Ли, которая ещё хворала — ей досталась львиная доля удара. Но она с каждым днём становилась всё бодрее.
В Эйл давно ждали “молодожёнов”.