Я ненавидел ее за ложь, но ненавидеть нужно было только одного человека.
Себя самого.
За грубость, за поверхностность, за то, что шел на поводу инстинктов и совсем не думал головой.
Слишком жестоко я обращался со своей собственной женой.
Недостойно мужчины и настоящего офицера.
Отец всегда учил, женщина – не человек, а средство для развлечения и продолжения рода. Учил, что ей никогда не стать со мной на равных. Да, она может стать красивым дополнением и услаждением в постели.
Новая Манон требовала к себе уважения. В ее глазах было столько достоинства, ума, упрямства и силы – я впервые столкнулся с такой девушкой.
Она говорила все, что придет ей на ум и делала то, что хочет.
Она была со мной на равных, и, черт побери, мне это нравится!
Удивительно, но воспоминание о том, как она испачкала краской мою форму, уже не вызывало гнев, а, наоборот, что-то вроде… восхищения?
Все, все, что она в последнее время творила – в этом была жизнь, был характер, упрямство, задор.
Кто еще в целом свете, кроме нее, посмел? Да никто!
Тут же на ум пришло бриллиантовое колье, которое она разбила, когда удрала из моего дома.
По сути, она поступила с ним правильно – потому что это был не подарок, а жалкая подачка от меня.
Я был в бешенстве, когда обнаружил, что она без спроса пробралась в мой кабинет, да еще и трогала вещь, предназначенную другой, и поступил с ней очень жестоко, бросив это колье, как собаке кость.
Это был один поступок в череде остальных непозволительных поступков.
Интересно, а я вообще хоть раз что-либо дарил Манон, не считая обручального кольца?
Не могу вспомнить.
Засыпал любовницу дорогими подарками, а жене даже браслета несчастного не подарил.
Придурок!
Отправив Сериллу в ее новые апартаменты, я на некоторое время взял паузу, чтобы разобраться в том, что чувствую к двум таким разным женщинам. Надеялся, что воспоминания о Манон сотрутся и ее облик потускнеет перед моими глазами.
Быть может, мне действительно следовало от нее отказаться, позволить нас развести и дать ей возможность жить своей жизнью.
Я принес ей слишком много горя. Достойно будет прекратить ее преследовать.
Чутье подсказывало, что так и нужно поступить, несмотря даже на то, что в ней проснулась лаури.
Эта девушка погубит меня. Сведет с ума.
Лучше сразу от нее отказаться и перейти на нейтрализаторы.
Тем более, мне на днях как раз привезут новый, намного более мощный поглотитель, чем была статуя бога Арея.
Без лаури вполне можно прожить. Жил же мой дядя, который тоже имел силу класса-альфа, проживу и я."
"Но какой-то дикий неуправляемый зверь внутри в ответ на эти мысли протестующе и очень грозно рычал.
Я хотел поехать к Манон – сердце тянуло меня туда, в этот торговый квартал, где она почему-то обосновалась. Хотелось понять, что она затеяла.