Жизнь — это просто огромная жестянка, в которой мы постоянно переживаем поток событий. В пробке я восклицаю, подпевая радиоприемнику о том, как жизнь ну ее в болото! Здесь серые машины и лица людей скрывают радостные признаки весны за окнами.
Опять-таки, — поясняю я, — в первую очередь меня интересует фигура Борзунова.
Олег хмурится.
— Тебе зачем?
— Надо.
— А что за тип у тебя за спиной сегодня все время маячит?
— Охрана.
— Кучеряво живешь.
— Ты даже не представляешь до какой степени.
— Я его рядом с Борзуновым вчера видел.
— А сегодня он со мной.
— Ксюх, что за фигня?
— Это не фигня. Это жизнь у меня такая на фигню похожая. Ладно. Предлагаю честный бартер. Ты — мне, я — тебе. Так годится?
Прищуривается.
— Ходят слухи, что в Москву прибыла маркиза Виктория де Ментенон, в прошлой жизни Виктория Прокопьевна Соболева… Я было сунулся, но меня изящненько послали.
— Да легко! Только если ты назовешь мою бабулю старушкой в присутствии ее многочисленных поклонников, они тебя пристрелят из табельного оружия как собаку и им за это ничего не будет.
— Почему это?
— А попробуй в нашей стране посадить за решетку цельного генерала! А они вокруг нее стаями ходят. Сама видела.
Усмехается недоверчиво.
— Олег, а помнишь ты нам как-то рассказывал о каком-то скандале, который раскручивался вокруг Борузнова? В чем там была суть?
Смотрит задумчиво.
— Предупреждаю — это только сплетни и то, что я совершенно случайно подслушал в кулуарах…
— Вываливай.
— Наверняка не помнишь, но некоторое время назад в Лондоне объявился какой-то хмырь, который стал направо и налево рассказывать о том, что у него есть кое-какие бумаги.
