В сырой тишине городов, где каждый шаг кажется последним в жестокой битве с капризным штормом, Лук избегает глаза Ганнона. Они вместе противятся бездонной дождевой грозы, но каждый новый день кажется бесконечностью страданий. Жнецы ветра – это ожесточенная битва между людьми и природой, где каждое слово важно, а каждый шаг может быть последним....
– Лук то и дело косился на небо и нависающие над нами скалы, словно южане должны были появиться именно оттуда. – Может, они другой частью тракта ездят?
– Снег накрыл все следы. И за нами заметает хорошенько.
– Глянь наверх. На этих площадках хорошо сажать лучников.
– Туда еще залезть надо, – не согласился я. – Хотя место для засады хорошее. Меня волнует другое…
– Что?
– Отсутствие мертвецов.
Он удивленно посмотрел на меня из-под капюшона.
– Ни одного мертвого, – пояснил я. – Ни человека. Ни лошади.
– Куда ты клонишь, лопни твоя жаба? – нахмурился он.
– Здесь не было боев, Лук. Разве не видишь? Или они шли на двух других трактах, или наши сдали Лестницу без боя. Сразу отошли к крепости на перевале. А ведь могли держать набаторцев в этих коридорах несколько месяцев.
– Не уверен, – произнес Лартун. Его лицо скрывала шерстяная повязка, и видны были только черные глаза. – Армия была ослаблена сражениями за вход на Лестницу. Долго врага на трактах мы бы не удержали, а солдаты полегли все до единого. Тогда защищать север стало бы сложнее.
– Они поступили бы еще лучше, если бы обрушили стены, чтобы южане не смогли пройти, – возразил Лук.
– Думаешь, так легко уничтожить созданное Скульптором?! – рассмеялся рыцарь.
– У Проклятых это получается регулярно, – заметил я.
– Так на то они и Проклятые, – хмыкнул «леопард».
В очередной авангард вызвался я, Кальн, высокий воин с примесью северной крови – Живр и, к моему удивлению, Тиф. Шен тут же счел нужным сообщить мне, что здесь какой-то подвох.
Эта неожиданная забота вызвала у меня двойственные чувства. С одной стороны, очень удивила, а с другой – повеселила. Они искренне считали, что, если Убийца Сориты начнет дурить, у них хватит сил остановить ее. Я кое-как их успокоил и, посадив впереди себя напросившегося Юми, отправился в дозор.
Кальн с Живром ехали впереди, мы следовали за ними шагах в двадцати. Лиловая стена справа перестала быть отвесной, пошла на понижение, стала более пологой, и при должном желании на нее можно было забраться.
– Как тебе Лестница? – поинтересовалась Тиф.
– Это что? Такой способ завязать разговор?
– А ты против?
– Да нет… По ней путешествовать лучше, чем по ущельям. Мы сбережем уйму времени. Но место, на мой взгляд, отвратительное. Кстати, не заметил ни одной ступени.
– Они на северной стороне. Там даже пришлось положить настилы для телег и карет. – Она хрустнула пальцами. – Просто мы идем по унылой тропе.
