В сырой тишине городов, где каждый шаг кажется последним в жестокой битве с капризным штормом, Лук избегает глаза Ганнона. Они вместе противятся бездонной дождевой грозы, но каждый новый день кажется бесконечностью страданий. Жнецы ветра – это ожесточенная битва между людьми и природой, где каждое слово важно, а каждый шаг может быть последним....
Самая правая – не в пример шире и оживленнее. Во всяком случае, была во времена моей молодости. – Она улыбнулась каким-то своим воспоминаниям. – Там и таверны имелись. Остановиться на ночь, нормально поесть, сменить лошадей."
"– Ну нам сейчас не до таверн. Думаю, там полно набаторцев. Если, конечно, южане их не спалили.
– Вот уж в чем я уверена, так это в том, что ничто не уничтожается бездумно.
– Отличных вы себе союзничков нашли, а? – ядовито поинтересовался я.
– Не жалуюсь.
Она замолкла на какое-то время. Я обернулся, посмотрел на небо.
– Почему бы им просто не перелететь через горы, – пробурчала Проклятая, проследив за моим взглядом. – Могли бы и не плестись вместе с нами.
– Ну не все, как ты, готовы бросить своих товарищей, – поддел я ее.
– Они мне не товарищи, и тебе это прекрасно известно. Я барахтаюсь в этих снегах совершенно по иной причине.
– О чем?
– О нашем деле, разумеется.
Я довольно громко сказал «пф-ф!»:
– Он своего имени-то толком запомнить не может, а ты надеешься, что тебя перетащат в другое тело? Придется подождать лет десять. Учить Целителя и надеяться на чудо.
– Все хотят попасть на север, – скривилась она, меняя тему.
– Благодаря тебе и твоим дружкам, – мне доставляло огромное удовольствие капать ей на мозги. – На юге ловить больше нечего.
– Простых людей наши дела не коснутся.
– Угу.
– Вот так, собака! – поддержал меня Юми.
Она ожгла его взглядом, но вейе на это было ровным счетом наплевать. Я проверил, не приблизились ли мы к Кальну с Живром, не смогут ли они нас услышать, и сказал, понизив голос:
– Лаэн говорила, что Гинора верила в создание Серой школы. А ты веришь?
Она долго не отвечала, с ложным интересом изучая горы. Потом нехотя сказала:
– А разве тебе это важно?
– Речь шла о тебе.
– Я уже не знаю, во что верю, – ее ответ поразил меня.
– А Шен с Роной?
– Их начинала учить не я… Впрочем, забудь обо всем, что только что было сказано. – Она улыбнулась, но в ее глазах не было радости. – Я солгала. Про все. Такие, как я, всегда лгут. Ну ты же знаешь.
