В сырой тишине городов, где каждый шаг кажется последним в жестокой битве с капризным штормом, Лук избегает глаза Ганнона. Они вместе противятся бездонной дождевой грозы, но каждый новый день кажется бесконечностью страданий. Жнецы ветра – это ожесточенная битва между людьми и природой, где каждое слово важно, а каждый шаг может быть последним....
Тиа натужно рассмеялась.
– Вот так, собака, – вновь сказал Юми, на этот раз печально, и я бы с интересом узнал, что он имеет в виду.
– Ну и тоска эта ваша разведка.
– Сама напросилась.
– Достало трястись в седле рядом с оравой идиотов. Этот Рандо всех заведет в могилу. Можешь быть уверен.
– Предчувствие?
– Жизненный опыт.
– Ну-ну. Ты так и не дорассказала про Лестницу.
– Верно. Три тракта сходятся в одной точке – у крепости, носящей такое же название. Она находится на самой вершине гор. На ледниках. Последняя четверть лиги до нее – узкие ступени.
– Скажи спасибо, что нам оставили Восточный.
Кажется, я обладал уникальным умением раздражать Проклятую. Ее аж перекосило. Подумать только! Постоянно дразню змею, а она все не кусает.
– Это была шутка, – примиряющее сказал я.
– Лестница Висельника? Не знаю. Возможно, ирония Кавалара. Не припомню, чтобы кого-то здесь вешали.
Она помолчала немного и неожиданно добавила:
– Здесь очень красиво.
– Что-то незаметно.
– В начале лета, разумеется. Много цветов на склонах. Скалы набираются тепла и ночью мерцают. Светло, как днем. А, Бездна его забери! Поговорить не дадут спокойно!
Живр, развернув лошадь, направился к нам. У него был вид разбойника с большой дороги.
– Ничего не чувствуете? Похоже, дымом пахнет?
Тиф понюхала воздух и, отрицательно покачав головой, посмотрела на меня.
– У меня нос забит, – буркнул я.
– Вот так, собака!
– Чуешь? – спросил я у Юми, вставшего «столбиком».
– Собака! – кивнул он и спрыгнул на землю.
– Кажется, мы не ошиблись. – Кальн, подъехав к нам, следил за вейей, поспешно бегущим по дороге вперед. – У этого парня чувствительный нос.
– Как и у меня, – с гордостью заметил Живр.
– Сначала проверим, что впереди, – возразил рыцарь.
Я кивнул, соглашаясь. Тиф пожала плечами. Ей было все равно.
Мы направили лошадей следом за убежавшим Юми.
Спустя минок семь я наконец-то почувствовал, что в морозном воздухе пахнет костром. Вейя покинул дорогу, за минку забрался на вершину гряды справа от нас и исчез.
– Здесь левый и центральный пути почти соприкасаются друг с другом, – пояснила Тиф.
