Масштабное историческое повествование о силе и слабости человеческой, о самопожертвовании и женской любви. Любовь предстает проклятием и благословением одновременно, разрывает связи с близкими и уничтожает надежду на будущее, но помогает выстоять против жестокости мира.
Раздел Chitat.online для книги «Жребий праведных грешниц» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Масштабное историческое повествование о силе и слабости человеческой, о самопожертвовании и женской любви. Любовь предстает проклятием и благословением одновременно, разрывает связи с близкими и уничтожает надежду на будущее, но помогает выстоять против жестокости мира.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Масштабное историческое повествование о силе и слабости человеческой, о самопожертвовании и женской любви. Любовь предстает проклятием и благословением одновременно, разрывает связи с близкими и уничтожает надежду на будущее, но помогает выстоять против жестокости мира.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Жребий праведных грешниц» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Степка, слезь с меня, завалишь! Здравствуйте, люди! Всем доброго здоровья!
Ему отвечали, поздравляли со счастливым прибытием. В глазах односельчан была и радость, и печаль-зависть. Они разглядывали Митяя жадно, словно хотели увидеть в его облике черты своих воюющих детей, мужей, отцов. От этого внимания Митяю было неловко. На его памяти сибиряки никогда не «лупали глазами», это считалось невоспитанностью.
Марфа пришла в себя быстрее Насти, разжала объятия, шагнула в сторону, но говорить по-прежнему не могла.
– А где мой сыночек? – спросил Митяй жену как маленькую. – А кто мне его покажет?
– Да, конечно, пойдем! – ответила Настя.
Она так и не отлипла от мужа, мешала ему идти. Чемодан подхватил Степка, мать – вещмешок.
Тетя Парася, обнявшись и расцеловавшись с племянником, разрыдалась так, что напугала Аннушку и Илюшу. Девочка юркнула под стол, а малыш истошно завопил.
– Голосок приличный, – взял сына на руки Митяй, – оперный, можно сказать.
Илюша вырывался, извиваясь, дрыгая руками и ногами, плакал еще отчаяннее.
– Он привыкнет к тебе, привыкнет, – торопливо говорила, оправдывала сына Настя. – Дай его мне, успокою!
– Нет-ка, я сам, – возразил Митяй. – Я так долго к нему шел. Мы сейчас полетам, сынка, – он стал подбрасывать малыша вверх. – И поплаваем, – положив сына на ладони, волновыми движениями изображал лодку. – Полетаем и поплаваем! Он у меня летчик-подводник!
С годовалым Илюшей никто таких восхитительных кульбитов не совершал. Малыш замолчал, а потом пришел в полный восторг, завопил уже радостно.
– Будет тебе! – забрала внука Марфа. – Утряс совсем, мало нам одного контуженого?
Сказала и осеклась – вдруг обидела сына? Только усмехнулся, не осерчал.
Присел на корточки:
– Какая симпатичная девочка под столом прячется! Да не Аннушка ли Медведева?
Аннушка помотала головой. Она была пуглива до крайности, по любому поводу и без повода пряталась под столом, на печи, по углам.
– Подумай хорошенько, я ведь Аннушке гостинец привез, баночку монпансье. Кому ж отдать? Степке?
– Не! Мне!
– Тогда вылезай.
Парася с Марфой переглянулись: славно Митяй с детками обращается, хороший из него отец будет, ласковый и добрый.
Матери и тете Митяй привез по платку, Степке вручил солдатскую пилотку со звёздочкой. Брат от восхищения потерял дар речи, хотя обычно заткнуть его было невозможно."
"Труднее всего Митяю было выбрать подарок жене. Он три раза ходил на барахолку. Конечно, следует покупать что-то практическое: кофту, платье, обувь. Но хотелось и приятное, легкое, памятное. Набор пластинок? Брошь? Книгу стихов? Ни на чем не мог остановиться, пока не увидел на прилавке фарфоровые статуэтки.
