Продолжение темной саги о жреце Хаоса. Герой бросает вызов устоявшемуся порядку, где добро и зло поменялись местами. В мире, где традиционные представления о морали рушатся, он становится орудием Первородного Хаоса, готовый разрушить границы между светом и тьмой, чтобы создать новую реальность.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Жрец Хаоса. Книга II»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Продолжение темной саги о жреце Хаоса. Герой бросает вызов устоявшемуся порядку, где добро и зло поменялись местами. В мире, где традиционные представления о морали рушатся, он становится орудием Первородного Хаоса, готовый разрушить границы между светом и тьмой, чтобы создать новую реальность.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Продолжение темной саги о жреце Хаоса. Герой бросает вызов устоявшемуся порядку, где добро и зло поменялись местами. В мире, где традиционные представления о морали рушатся, он становится орудием Первородного Хаоса, готовый разрушить границы между светом и тьмой, чтобы создать новую реальность.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Жрец Хаоса. Книга II» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
По итогу маленьким чудом успели полюбоваться все слуги в особняке, артефакторы Юматовых, монтирующие систему защиты, и все химеры, и лишь к концу второго дня она рассеялась. Я к тому времени успел и забыть про неё, пока не появился паучок с докладом. В учебниках из Гильдии магов радуга относилась к незатратным визуальным конструктам, а потому длительность в двое суток соответствовала шестому рангу уверенного магистра. На архимага пока не тянул, ну да и магистр, на мой взгляд, был отличным результатом.
С этими мыслями, я провалился в сон.
* * *В кабинете княгини расположились Резван Эраго, сама княгиня Угарова и княжна Эльза. При этом Эраго имел весьма задумчивый вид. Если после разговора с Юрием в нём зрела некая вспышка недовольства, то сейчас она улеглась. Хватило нескольких минут для того, чтобы переосмыслить ситуацию.
Стоило княгине сесть на своё место, как Резван обратился к ней:
— Почему вы не сказали, что в вашем роду два энергоманта?
Княгиня задумчиво перевела взгляд на портрет мужа, висящий в её кабинете над камином, почему-то улыбнулась и ответила:
— Ну, потому что если Эльза — энергомант полноценный, то у Юрия есть лишь некоторые отголоски вашего родового дара. Считать его при этом чистым энергомантом не получится.
— Но он же видит магию!
— Видит, но это ничего абсолютно не значит. Это лишь отголоски вашего дара, Резван. Отголоски, весьма причудливо в нём отпечатавшиеся. Вообще, чем больше узнаю внука, тем больше понимаю, что дары в него отсыпали хаотично. Нет структуры и системы, как будто кто-то извращённо надёргал всевозможных способностей, отсыпав их щедро, но при этом однобоко. Ни один из них не имеет полноценной, максимальной вариативности и мощи. Поэтому энергомантом его, уж прости, я бы не смогла назвать ни при каких обстоятельствах.
— Но он же сейчас поглощал магию Эльзы! Я же видел! Мы делаем так же! Уж я-то могу заметить воздействие и реакцию на него.
— Всё верно, Резван. Но если в нём есть подобная возможность энергоманта, то, скорее всего, она включается исключительно в случае критической необходимости. Сегодня он был практически полностью пуст. Настолько пуст, что даже разглядывал тебя с целью поживы.
— Я слышал, как он прошептал слово «кровь». И при этом… при этом с голодным блеском в глазах разглядывал моё горло. Впервые почувствовал себя дичью при всех моих возможностях, размерах, возрасте и опыте, — хмыкнул оборотень.
— То-то же. Думаю, что необходимо распечатать родовые артефакты-накопители, но даже не уверена, что они ему подойдут по силе.
— Как они могут не подойти, если алтарь рода признал его наследником?
— Сложно всё с Юрой. То, что он наш, сомнений не вызывает, но кто-то нам основательно подпортил мальчика при рождении.
