В этом третий томе истории, атмосфера летнего дня резко меняется под гнетом наcomingших кровопролитий. Чем больше ты читаешь, тем меньше веришь в благостные мифы о спокойных дворах и мирных родовых традициях. Жрец Хаоса проникает сквозь все слои правды и мистики.
Похоже, «Жрец Хаоса. Книга III» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Или ты пытался изобразить раненого медведя?
Со второй попытки герб получился, но кривым и перекошенным.
— Если сильно прищуриться, то вроде похоже, — она скривилась. — Если, конечно, твой родовой знак — это пьяный дракон.
Я закрыл глаза, отпустил контроль — и химеры взмыли вверх, выписав в небе идеальный герб горгульи, расправившей крылья."
"Княгиня замерла. Потом медленно кивнула.
— Ну… неплохо, — она повернулась, чтобы уйти, но в последний момент обернулась. — Но если подумать… могло быть и лучше.
В этот момент химеры сорвались в штопор, изображая смерч — символ главной ветви рода Угаровых.
Но впервые за весь урок мне показалось, что в глазах княгини мелькнуло что-то вроде… гордости.
Хотя, возможно, это просто померещилось.
Получив свою корзинку с завтраком, я ожидал, пока бабушка поговорит с Игнатом, своим полутуманным товарищем. Они вернулись на полигон княгини, чтобы скрыть разговор, но я отчего-то всё равно их слышал.
— Лиз… это не моё дело, но больно ты круто за мальца взялась… — осторожно вмешался боевой товарищ княгини.
— Игнат! — бабушка оборвала местного коменданта или смотрителя за полигонами. — Коли нет… Вики нет… Времени на стандартные схемы обучения тоже нет. Пусть я лучше буду выглядеть как сука, но у внука хотя бы теоретически появится шанс выжить…
Разговор старых товарищей прервал уже знакомый мне посланец на орле, прибывший на полигон и бегом рванувший к полусфере княгини Угаровой.
Бабушка тут же покинула защитный купол и приняла конверт с магической печатью. Ей хватило пары секунд, чтобы вскрыть императорское послание и поднять на меня полный сожаления взгляд.
— Что случилось?
— Меня вновь призвали на службу.
Глава 7
— Ты можешь отказаться от возвращения на службу?
Сейчас во мне говорили две совершенно разные эмоции: возмущение, что старую магичку после четверти века отставки вдруг по прихоти захотели вернуть в строй без должной поддержки, и банальное сожаление, ведь бабушка только взялась меня обучать.
— В военное время, — лицо у бабушки заледенело, — отказ равносилен предательству и дезертирству. Угаровы дезертирами не были и не станут.
— У нас меньше полуроты химер, — я указал на летающих созданий, кружащих над нами в синем безоблачном небе в ожидании приказа.
