В этом третий томе истории, атмосфера летнего дня резко меняется под гнетом наcomingших кровопролитий. Чем больше ты читаешь, тем меньше веришь в благостные мифы о спокойных дворах и мирных родовых традициях. Жрец Хаоса проникает сквозь все слои правды и мистики.
Похоже, «Жрец Хаоса. Книга III» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Тогда княгиня Угарова резко подняла голову:
— Хрустальную Звезду проверяли?
Взгляды присутствующих выражали недоумение.
— Да бросьте! — она чуть не рассмеялась. — Не может быть, чтобы вы не знали об артефакте, созданном ещё Живиными?
Принц наклонился вперёд, заинтересованный."
"— Артефакт, принимающий в себя образцы крови и силы от каждого архимага и отслеживающий их состояние на расстоянии, — княгиня сверлила взглядом министра. — Юрий Андреевич, тебе ключ от хранилища при вступлении в должность передавали?
Суслов медленно кивнул.
— Тогда иди и проверь, — отчеканила архимагичка. — И лишь после этого будет понятно — живы Волошин с Морозовым, или мы потеряли ещё двух архимагов.
* * *Суслов матерился так тихо, что даже пыль в углах его кабинета не шелохнулась. Его пальцы нервно сжимали ключ от отдельного тайника Министерства обороны. И не беда, что ещё вчера Юрий Андреевич его использовал, чтобы открыть бутылку элитного коньяка.
Ворвавшись в тайник, министр оглянулся. Что может быть этой чёртовой звездой?
Взгляд его скользил по пыльным полкам шкафов со старыми досье, артефактами и эликсирами, пока не упёрся в груду бумаг в центре.
'Надо будет прибраться, — мелькнула у него мысль, пока сам министр с непониманием уставился на основание из камня мутного цвета.
«Да ну нет! Не может быть!»
Неужели этот чертов кусок хрусталя, который годами служил ему столом, оказался великим артефактом государственного значения? Суслову вспомнилось, как неделю назад он поставил на этот артефакт кипящий чайник, а в прошлом месяце выбивал о него пепел из трубки.
— Млять… — прошипел он, сгребая с поверхности кипу докладов, три чашки кофе и пепельницу с потухшей сигарой.
Хрусталь обнажился, и Суслов впервые за десять лет разглядел его по-настоящему.
Поверхность артефакта была испещрена светящимися друзами, каждая из которых пульсировала, как живая. Возле них — гравировка родовых гербов архимагов.
Сердце Суслова упало в сапоги.
Друза Морозова — почти потухла, лишь слабый голубоватый отсвет дрожал в её глубине.
Друза Волошина — почернела, как уголь, но где-то в самой сердцевине ещё тлел багровый огонек.
А вот друза Угаровой — пылала яростным серебром, будто насмехаясь над ним.
— Сука старая… — Суслов стиснул зубы. — Неубиваемая!
Неубиваемая… в отличие от Морозова и Волошина, которые были на грани гибели.
ОТ АВТОРА:
Следующая глава выйдет в течение 2–3 часов.
Глава 8
Олега Ольгердовича я встретил в химерне.
