Четвёртый том эпической саги о жреце Хаоса. Мир, где добро и зло поменялись местами, ждёт своего переустройства. Герой продолжает восстание против установленного порядка, сея хаос среди тех, кто считал себя неуязвимым. Империя трещит по швам, а граница между светом и тьмой становится всё...
Раздел Chitat.online для книги «Жрец Хаоса. Книга IV» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Четвёртый том эпической саги о жреце Хаоса. Мир, где добро и зло поменялись местами, ждёт своего переустройства. Герой продолжает восстание против установленного порядка, сея хаос среди тех, кто считал себя неуязвимым. Империя трещит по швам, а граница между светом и тьмой становится всё...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Четвёртый том эпической саги о жреце Хаоса. Мир, где добро и зло поменялись местами, ждёт своего переустройства. Герой продолжает восстание против установленного порядка, сея хаос среди тех, кто считал себя неуязвимым. Империя трещит по швам, а граница между светом и тьмой становится всё...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Жрец Хаоса. Книга IV» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Хреновые у него игры, если он её обещает в какую-то командировку отправить и заставить перетрахать кабинет министров.
— Да, скорее всего, только угрожал, — отмахнулась бабушка. — Приказать ей что-либо сделать они не могут. Здесь её родословная таки играет ей на руку.
— Шантаж детьми тоже никто не отменял, — заметил я.
— Низкий, — согласилась бабушка, — но в отношении женщин очень действенный метод. Ладно, наведём справки. А пока же вопрос с мурзой Тенишевых решать придётся тебе лично. Меня они терпели с трудом. Женщины у них на более низком социальном положении в роду, чем мужчины. Но силу признавали даже они. Пока я была архимагом со мной приходилось считаться, и то чаще с ними контактировал Николай, твой дед. А сейчас я для них никто, грязь под ногами. К тебе будет отношение иное. Теперь ты князь. Прогнуть тебя естественно попробуют, возрастом уж больно юн, но если выстоишь, то и считаться будут. Если разбираться беспристрастно, то с точки зрения их традиций, а не общеимперских, Митрий Сафарович был в своём праве. А вот с точки зрения места и времени проявления силы был в корне не прав. Вести себя так, как он считает нужным, он может у себя дома, в своих резиденциях, где это никоим образом не нарушает традиций Российской империи. Подобное же поведение в императорском дворце, скажем так, неприемлемо, потому что женщины у нас в целом наделены теми же правами, что и мужчины, во всяком случае аристократки, и уж тем более принцесса Анхальт-Цербстская, пусть и в девичестве. Тут, знаешь ли, и императрица может вмешаться. Она ведь тоже пришлая, может пожалеть. А это будет серьёзный репутационный урон для рода, если от них женщина сбежит. Теперь, разбирая вашу ситуацию: ужалила ли хоть одна змея Митрия Сафаровича?
— Нет, — покачал я головой. — Сначала была кадка для отвлечения внимания, дальше змеи. Я всего лишь вывел девушку из-под удара и скрыл её.
— То есть никакого вреда, кроме репутационного из-за визгов, ему нанесено не было?
— Не было. Ручаюсь.
— Отлично, — потёрла руки бабушка, как заправской делец. — Горги твои ему какой-либо вред нанесли? Хоть что-то оцарапали?
— Нет, они сдерживали. Нос ему я сам разбил, и то лишь после того, как он меня своими плетьми тьмы попытался задержать.
— А вот здесь можно сыграть, — кивнула бабушка. — Его плети тьмы — это боевое заклинание, причём, если мне не изменяет память, именно уровня магистра. С учётом его стихии и сложности защиты от неё обжигать тьмой тебя должно было очень и очень долго, и остаться должны были ожоги. Это нужно иметь в виду. Особенно — место использования подобных заклинаний. Они используются в основном на поле битвы и в самообороне, как атакующее заклинание.
