Автор
В Уэльсе, в глубине леса и за пределами деревни, тихие костры стали важной частью местного умиротворения. На холме стоит старое здание, охваченное светом костра, как наседка над своими цыплятами, создавая впечатление спокойствия и тепла в серых предрассветных тенях.
— Истина, разбившая немало материнских сердец, готова поклясться в этом. Но ты наполовину христианин, Гаррик, и, хотя немногим это известно, я растила тебя по-другому.
Отложив работу, она наконец подняла сверкающие весельем глаза:
— Ищешь брата? Он погнал скот на пастбище.
— Когда?
— До того, как пошел снег.
— Значит, Хьюг задержится, — раздраженно бросил Гаррик. — Он хотел дать мне товары на продажу. Он ничего не говорил тебе об этом?
— Нет, но просил передать, чтобы ты его дождался. Хочет плыть с тобой на север, поохотиться на белых медведей, прежде чем ты отправишься на восток.
— Но уже слишком поздно охотиться на медведей.
— Ты чересчур торопишься покинуть нас, Гаррик. — Элоиза неодобрительно прищелкнула языком. — Совсем, как… — Она осеклась, и Гаррик поднял брови, но Элоиза лишь покачала головой. — Сам знаешь, даже одна шкура белого медведя может оправдать долгое ожидание. Беспокоишься, что не получишь достаточной прибыли, или просто хочешь поскорее уехать?
— Если я отплыву в середине лета, значит, не смогу вернуться этой зимой, — ответил Гаррик.
— Но тебе не обязательно забираться так далеко на восток. Хедебю тоже большой торговый центр.
— Булгар лучше, — мрачно заметил Гаррик. — Я подожду ровно столько, сколько понадобится, чтобы подготовить судно.
Он уже собрался уходить, но неожиданно остановился и оглядел холл.
— Ее нет, Гаррик, — вздохнула Элоиза.
— Кого? — вскинулся Гаррик.
— Той, которую ты ищешь. Выбежала из дома со слезами на глазах, как раз перед твоим приходом.
— Она не плачет! — Гаррик негодующе застыл. — Сама клялась, что никогда не плачет!
— Но почему это так тебя расстраивает?
— Потому что все ее клятвы фальшивы!
— Кроме тебя, так никто не считает. Что же до меня, я верю, что история Бренны правдива с начала до конца.
— Неужели, госпожа? — ощерился Гаррик. — Тогда позволь просветить тебя. Она уверяла, что убила Седрика Боргсена, однако я видел его собственными глазами, и тот жив и здоров.
— Но когда ты встретил его?! — в испуге воскликнула Элоиза. — Пересек фьорд?!
— Совершенно верно. Я должен был собственными глазами убедиться, верно ли то, что она плела. И получил доказательство ее вранья.
Элоиза задумчиво нахмурила брови:
— Она просто предположила, что Седрик умер, вот и все. На самом же деле он просто потерял сознание.
— Ты слишком добра, мать, — поморщился Гаррик. — Бренна не заслуживает твоего доверия.
