Злодейка поневоле обрушивается на читателя с устрашающей атмосферой зла и изощренности. Каменные замки с алмазными шпилями словно привлекают к себе непостижимым образом, как будто готовые к гнусным действиям. Алиса, бесстыдная служанка, олицетворяет грязь и заскользящую в дрожи руку, отражаясь в сияющих алмазах....
Обернувшись, посмотрел на её руку и скривился: – Только не говори, что тебе больно. Впрочем, ты же со мной не разговариваешь!"
"Алиса, смутившись, запуталась в подоле и, не удержавшись, с испуганным писком навалилась на Светлого господина, который, пытаясь спаси госпожу от падения, рухнул на одно колено и подставил руку. Но Алиса вцепилась в его шею и неловко завалилась набок, увлекая Клода за собой. Господин, утратив равновесие, навалился на неё всем телом и уткнулся носом в вуаль.
Он не мог этого знать, но губы их соприкоснулись… соприкоснулись бы, не будь между ними плотной вуали.
– Пусти, – прошипел Клод, и Алиса осознала, что, крепко обнимая господина за шею, прижимает к себе.
Вспыхнув, разжала руки, и Клод, торопливо поднимаясь, принялся отряхиваться так, словно упал в грязь, а не на неё. Извиняться за то, что едва не раздавил Алису, он и не думал.
Поднимаясь, Алиса неловко наступила на шлейф, раздался треск ткани, кажется, на полу осталась какая-то часть её наряда, но Клод не обратил внимания и на это.
Ощущая пятой точкой подгоняющее древко, Алиса зашипела змеёй, представляя, как стаскивает шлем одного из стражников и, швырнув, попадает импровизированным снарядом прямиком в затылок зарвавшегося господина.
