В тени старых повозочных путей прячется загадочный трофей, будоражащий воображение и вызывающий подозрения у местных жителей. Вечерняя дымка над лесом лишь усиливает атмосферу зловещности вокруг этого необычного предмета, открывая тайны прошлого войны.
Правой рукой он держался за ручку дверцы, в левой покачивался котелок с вкусным мадьярским варевом. Сам же майор глядел вперед и улыбался в пышные и уже начавшие седеть усы.
От штаба дивизии до расположения полка ехать предстояло недолго. Полтора десятка городских кварталов, занятых подразделениями соседних частей.
В преддверии крупной войсковой операции южная часть Буды напоминала огромный военный лагерь, где полным ходом шла подготовка к учениям. Разъезжая по позициям батальонов своего полка, Стародубцев не задумывался о личной охране.
— Вы в чем-то левый ус испачкали, Семен Агафонович, — заметил Епифанов, выруливая на улицу, тянущуюся вдоль красивого бульвара.
Хитро усмехнувшись, майор вытер кулаком усы.
— Ага, чуток испачкался. Комдив меня знатным блюдом потчевал. Вот этим, — показал он котелок.
— Что-то диковинное.
— Местное, мадьярское.
— Ну и как оно вам?"
"— Вкусное, шо там говорить… У нас на селе такого не готовили. Ни перцы, ни помидоры у нас не росли. Чего там… ветры в нашей Чкаловской области круглый год. Летом жара, засуха; зимой — морозы под сорок. Картоха росла, капуста, буряки, редька. Да лук с чесноком в хорошие годы.
— А я чую, чесночком в кабине потянуло, — хохотнул сержант.
— Чесночку я бы поболе подмешал, — довольно заметил офицер. Вздохнув, передал сержанту волю полковника:
— Как высадишь меня, Епифанов, «Хорьх» передашь механикам.
— Это чего же? — подивился тот. — Кажись, все сделали в лучшем виде!
— Сделали в лучшем, а надо так, шо б сияло и блестело. В общем, отбывает наш «Хорьх» в распоряжение самого генерала, командира корпуса.
Сбавив скорость и объезжая воронку, сержант присвистнул:
— За что же? Али провинились в чем, а, Семен Агафонович?
— Да какое там! — отмахнулся майор. — Тут понимать надо: кому какого коня под седло предлагать. А потому передашь механикам мой приказ: до утра привести автомобиль в полнейший порядок.
Епифанов набрал полную грудь воздуха, чтоб шумно выдохнуть, а заодно пожаловаться начальству: дескать, только начал привыкать к хорошей машине, как…
И не успел.
Воронка осталась позади. Он воткнул вторую скорость, начал плавно разгоняться. Но тут слева из прилегающего к проезжей части бульвара прострекотала автоматная очередь.
