В разоренной квартире, волосы женщины словно снег лежат шелковым покрывалом на спине — черные и белые, идеально ровной и красивой, но сейчас она задумчиво опущена в тень, отражая внутренние тревоги. Черты лица еще более заметны под бровями, которые напряженно взмокли, уголки губ — то улыбаются слабым мазкам печали. В этой комнате, где все разрушено, сидит она на пороге неизвестности и таинственности....
Вскоре оба отдышались и немного успокоились: пленник с трудом сел и принялся ковырять свое плечо, словно пытался выловить в густой черной шерсти блох, а его надзиратель, решив, что с демоном творится что-то не то, принялся отправлять магический вестник своему начальству.
Послание еще не успело растаять в воздухе, как Закари снова вскочил на ноги, словно и не валялся только что без сил, жутко зарычал, забил себя в грудь когтистыми лапами и, выудив наконец из шерсти какой-то кристалл, раздавил его пальцами.
— Наш мир его действительно убил? — разглядывая опустевшую клетку, спросил один из тюремщиков.
— Знать бы… — ответил старший по званию. — И приятель этого чудика Рид, как назло, сейчас в ледяных чертогах, — с досадой процедил он. — Придется самому докладывать регенту, что пленник исчез.
— Сгорел в демоническом пламени, — пробормотал единственный свидетель происшествия, сжимая дрожащими пальцами холодную кружку с изрядно расплескавшимся чаем, хотя фляга со спиртным сейчас была бы предпочтительней.
— Надеюсь, — кивнул, уходя, его беловолосый начальник и буркнул себе под нос, — что сгорел.
В ледяных чертогах…
Верхние пещеры, обычно спокойные и безопасные, сегодня неузнаваемо преобразились. Покрытые свирлерой стены искрились хищным серебром и щерились острыми зубьями кристаллов, на которые несложно было напороться. Сверху свисали гроздья сосулек, готовых в любой момент сорваться и упасть на головы одиннадцати лордам, решившим попытать счастье в поиске магической силы. Среди группы смельчаков было два архитектора, один артефактор, заклинатель духов и семеро стражей.
