В разоренной квартире, волосы женщины словно снег лежат шелковым покрывалом на спине — черные и белые, идеально ровной и красивой, но сейчас она задумчиво опущена в тень, отражая внутренние тревоги. Черты лица еще более заметны под бровями, которые напряженно взмокли, уголки губ — то улыбаются слабым мазкам печали. В этой комнате, где все разрушено, сидит она на пороге неизвестности и таинственности....
Но как бы ни хотели друзья разделиться и продолжить путь самостоятельно, их магические поисковики упорно летели рядом, вынуждая мужчин двигаться в одном направлении. И пока опасность не накрыла обоих, Гидеон спросил:
— Твоих рук дело?
— Что? — не понял его Кайл.
— Служанка в моей постели, — мрачно процедил страж.
— Да неужели? — насмешливо отозвался друг. — Сдувание пылинок с наивной феечки так достало, что ты нашел утешение в объятиях все позволяющей горничной?
— Заткни-с-сь, — зашипел Рид, на что Дигрэ возмутился:
— Не я этот разговор начал.
— Меня не интересует твое мнение, Кайл. Я хочу знать, ты подложил ко мне Консуэлу или…
— Ты переспал с Кони? — перебил лорд.
— Я с ней не спал! — огрызнулся его спутник.
— Уверен?
— Нет, — после непродолжительной паузы ответил Гидеон. — Меня зачаровали.
— Кто? — нахмурился лорд, откинув за спину тугую черно-белую косу.
— Не ты?
— Хорошего же ты обо мне мнения, друг, — иронично хмыкнул Кайлин, а потом, резко оттолкнув собеседника, крикнул: — Сверху!"
"Далее мужчинам было не до бесед.
А тем временем…
На тренировках ледяные чертоги выглядели как театральные декорации, и мои прогулки по ним куда больше походили на игру, нежели на реальность.
