В разоренной квартире, волосы женщины словно снег лежат шелковым покрывалом на спине — черные и белые, идеально ровной и красивой, но сейчас она задумчиво опущена в тень, отражая внутренние тревоги. Черты лица еще более заметны под бровями, которые напряженно взмокли, уголки губ — то улыбаются слабым мазкам печали. В этой комнате, где все разрушено, сидит она на пороге неизвестности и таинственности....
Падать по-настоящему оказалось куда страшнее, чем делать то же самое в образе привидения. А еще значительно быстрее! И приземляться на хрупкий ледяной мостик, возникший на пути по воле рванувшего за мной стража, было бы очень больно, если б Рид не затормозил мой полет с помощью сети, благодаря которой однажды уже спас мне жизнь в горах. Или это не Рид, а Кайл? Ведь у мерцающего кокона, паутинка которого окутала меня, тоже золотистый оттенок.
Подхватив на руки, Гидеон крепко прижал меня к груди и уткнулся лицом в плечо.
Не знаю, сколько времени мы простояли на шатком мостике изо льда, прежде чем я начала немного приходить в себя.
Когда на выстроенную с помощью магии ледяную поверхность обрушился огненный поток, и без того хрупкий мост начал стремительно таять. От очередного падения нас с Гидеоном спасла все та же золотистая сеть, которая (теперь я точно это знала) принадлежала Дигрэ. Запрокинув вверх голову, я увидела нашего спасителя, висящего на одной из полупрозрачных веревок, по которым недавно спускался Рид. Демон же, пользуясь тем, что противник занят, состроил презрительную гримасу и рыкнул:
— Людишки такие предсказуемые.
— Что он сказал? — спросил Кайлин, поймав мой взгляд.
— Что мы предсказуемые, — хотела крикнуть я, но вместо этого из горла вырвался сиплый шепот.
— Это точно, — проговорил мне в плечо жених и, выпустив меня из объятий, повалился назад.
Если б не сеть, позволявшая нам парить внутри нее, он бы точно упал.
