В разоренной квартире, волосы женщины словно снег лежат шелковым покрывалом на спине — черные и белые, идеально ровной и красивой, но сейчас она задумчиво опущена в тень, отражая внутренние тревоги. Черты лица еще более заметны под бровями, которые напряженно взмокли, уголки губ — то улыбаются слабым мазкам печали. В этой комнате, где все разрушено, сидит она на пороге неизвестности и таинственности....
А так завис в воздухе, окруженный мерцанием золотистых нитей. А я наконец смогла его рассмотреть. И то, что увидела, мне совершенно не понравилось. Мужчина словно постарел на несколько лет. Лицо осунулось, скулы заострились, в уголке здорового глаза и губ залегли тонкие морщинки, а волосы… его густые черно-белые волосы стали серебристо-серыми! И причиной тому являлось не воздействие эскалибриума, силой которого пользовался Кайл, а самая обычная седина. Только это неправильно, когда человек седеет в двадцать шесть лет! Хотя… какая мне разница, если я его и таким люблю.
— Вы там живы? — поинтересовался Дигрэ, потихоньку поднимая нас наверх."
"И, не имея возможности ответить из-за отсутствия голоса, я просто кивнула.
На изнанке…
Закария Гримм вышел из портала в просторной комнате, где его уже ждали два таких же мохнатых лорда в традиционных для третьего королевства мантиях. Раньше такая форма одежды была принята у жрецов и преподавателей магических академий, но после проклятия, наложенного на подданных лучезарным повелителем, покрытые шерстью мужчины стали отдавать предпочтение просторным балахонам, ибо натягивать на мохнатые тела штаны и рубашки было проблематично.
— Ну как? Удачно? — спросил встречающий с медного цвета шкурой, окидывая цепким взглядом эррисара огня.
— А р-р-разве не заметно? — рыкнул в ответ мрачный как туча «оборотень».
— Но…
— Заткнись, Лар! — бросил Закария, поморщившись.
— Они тебе поверили? — подавая господину расшитый золотом балахон с глубоким капюшоном и широкими рукавами, снова подал голос рыжий.
— Недостаточно, чтобы бросить к моим ногам все, что я пожелаю. Их верхушка вообще на диво упертые личности, фанатично убежденные в правильности своей миссии. Наивное стадо! Нет, не поверили.
— И в туземца нет? — спросил второй встречающий. Он был ниже первого и заметно худее.
— В туземца поверили, Кирстан, — криво усмехнулся эррисар, одеваясь. — Но добыть артефакт времени мне это не помогло, — вздохнул он, а потом яростно стиснул кулаки, рявкнул так, что оба монстра отпрянули: — Я держал эти проклятые часы в р-р-руках! В этих вот руках! — Он разжал пальцы и в доказательство потряс ими.
