В своей особенном свете, эта книга как будто отражает вечные противоречия между разумом и инстинктом — особенно остро чувствуется в ночное время суток. Смешанная природа главного героя не только делает его уникальным, но и постоянно создает внутренние конфликты, как в полнолуние....
Она на секунду замолчала, а потом опасливо спросила:
— Ты не знаешь, криминалисты снимают только следы рук?
— Ты хочешь знать, собирают ли они отпечатки задниц? — насмешливо хмыкнула я. — Думаю, нет. Хотя ментам, наверное, было бы интересно «откатывать» не пальчики, а попки, но на твою корму, извини, конечно, никакой штемпельной подушечки не хватит! К тому же ты была не голышом, стало быть, никаких идивидуальных следов типа папиллярных линий или целлюлитного рельефа не оставила. Вот если бы дверь была свежеокрашена, тогда стоило бы беспокоиться.
— Дверь была совершенно чистая и сухая, — подумав, сказала Ирка. — Зато сразу за ней было очень сыро!
Ковролин, покрывающий пол в холле, был насквозь мокрым и противно чавкал под ногами. Топчась по этому болоту, Ирка несколько раз громко позвала хозяев — в принципе, это следовало сделать, еще стоя на крыльце, но некультурно вопить во все горло вблизи цивильного особняка подруга постеснялась. Вопить внутри, по ее мнению, было не зазорно.
Никто не отзывался и не появлялся.
— Сама знаешь, центрального водоснабжения в нашем районе пока нет, и почти в каждом доме установлен свой бак, в который вода закачивается насосом из персональной артезианской скважины, — напомнила мне Ирка. — Относительно небольшой бак на три тысячи литров — это примерно десять стандартных ванн, наполненных до краев. Если вылить всю эту воду прямо в дом — такой, как этот, на Школьной, то стулья по комнатам плавать не будут, но ноги по щиколотку замочишь.
Подумав, что хозяева особняка скорее всего спокойно спят в не затронутых наводнением комнатах на втором этаже и знать не знают о ЧП, домовитая Ирка решила в одиночку бороться с паводком. Она резонно рассудила, что за оказанную услугу спасенные граждане будут ей благодарны и, стало быть, отнесутся к незваной гостье особенно внимательно. Не обращая внимания на то, что промочила и чулки, и туфли, подруга двинулась по коридору в поисках источника протечки.
В дальнем конце коридора темная вода была позолочена светом, сочащимся из-за неплотно прикрытой двери. Ирка просунула в щель руку с буклетами, распахнула дверь настежь, громко сказала:
— Тук, тук, тук! Кто не спрятался, я не виновата! — и, не дождавшись ответа, вошла в ванную комнату.
— И как вошла, так и вышла, потому что кое-кто там действительно спрятался — под водой, — сказала она, содрогнувшись.
