В своей особенном свете, эта книга как будто отражает вечные противоречия между разумом и инстинктом — особенно остро чувствуется в ночное время суток. Смешанная природа главного героя не только делает его уникальным, но и постоянно создает внутренние конфликты, как в полнолуние....
Я присела на продавленный плетеный стул, допила быстро остывающий кофе и проанализировала свой сон. Сотовый телефон был при мне, болтался на поясе, и, чтобы проверить свои выводы, я сразу же позвонила Венечке.
— Быстро говори, что тебе нужно, у меня ослица рожает! — скороговоркой отозвался Венька."
"— Весело тебе, — сочувственно заметила я. — Тогда говорю быстро: мне нужно знать, как скоро наступает смерть от укуса арлекинового аспида. Вообще такая змея может убить человека?
— Спрашиваешь! — воскликнул Венька с такой гордостью, как будто убойная сила аспида была его личной заслугой.
— Слона мне не надо, — пробормотала я, выключая трубку.
Сопоставление фактов вкупе с интуицией привели меня к мысли, что Димина мать умерла вовсе не от сердечного приступа. По моей версии, кто-то украл в Венькином зверинце ядовитого гада и науськал его на нежащуюся в ванне Аделаиду.
То есть змея должна была цапнуть Аделаиду в отсутствие убийцы… Тут у меня концы с концами никак не сходились.
Я снова отцепила с пояса мобильник и набрала номер Ирки.
— Ириш, у тебя есть длинная лестница? — спросила я.
— Четырехметровая стремянка.
