В редакторском кресле уютно сидит майор Мишаков, обнажив черты лица и готовясь расписать свою жизнь в официальном документе. Комната огромная, окна в пол, стену засыпали старыми тесами, пол трещинами, как у барака на Таганке. Мебель – крестьянская мудрость из древних досок и деревянных коробов. В воздухе читается дух времени, где каждое слово в документе — важнейший камень в застывшую стену истории....
Ник терпеть не мог такого рода распущенности. Трудно, что ли, башмаки снять?
Он подошел, стянул с нее кроссовки и пошвырял на пол – по одному.
– Че такое? – удивилась Лиса.
– Американского кино насмотрелась? Они там все спят обутые!
– Ну и че?
– Я брезглив, – объявил Ник и ничего больше не добавил.
Лиса уже знала, что его очень легко разжалобить. Если она сейчас захнычет, что у нее невозможно устали ноги, он моментально перестанет раздражаться и начнет над ней убиваться – бедной, бедной маленькой девочкой. Некоторе время она раздумывала, стоит его жалобить или нет, и решила, что не стоит.
Сандро явился из ванной. Он сверкал, как глянцевый огурец, и благоухал на всю комнату. Благоухание перебило даже запах лилий.
– Здорово, чуваки, – сказал Сандро бодро. – Ник, вот же она, Лиса! У меня-то ты зачем ее телефон просил? Спроси у нее лучше.
– Я спрошу, – процедил Ник. – Ты что-нибудь узнал?..
– Сандрик, у тебя в мини-баре есть чупа-чупс? – перебила Лиса. – Достань мне!
Сандро распахнул полированную дверцу небольшого холодильника, помещенного в тумбе письменного стола, присел и посмотрел внутрь.
– Есть пиво и чипсы, – проинформировал он. – Виски, джин, водка, шампанское… Дальше перечислять?..
– В двери, – подсказала Лиса.
Ник неожиданно сильно удивился. Выходит, девчонка часто бывает в таких местах? Раз уж осведомлена о чупа-чупсе в двери мини-бара? Наверное, об этом стоило задуматься, но Нику было некогда задумываться.
Сандро достал из двери чупа-чупс и сунул девчонке. И посмотрел на часы.
– Ты кого-то ждешь? – прошепелявила наблюдательная Лиса.
– Жду, – согласился Сандро. – Смотрите, дети. Наш чувак, Селезнев Виктор Павлович, не проживает по адресу Подколокольный переулок, двенадцать, квартира семь, а вовсе служит полотером.
– Ке-ем? – оторопело протянула Лиса и даже перестала разворачивать леденец.
Сандро показал ногой.
– Полотером, – пояснил он словами. – Натирает паркет. Всем соседям. В том числе и нашему завещателю натирал, Милютину.
– Как ты узнал? – спросил Ник.
Сандро махнул рукой.
– Не суть важно. Важно, что мы с Авдотьей поехали к нему. У нее есть его телефон, а Глебов по телефону нашел адресок. Селезнев живет в каких-то развалинах на Мясницкой, и сначала я его даже… не признал, клянусь Шекспиром!..
– Почему? – заинтересовалась Лиса.
– Ну, он… – Сандро поискал слово. – Другой. Не такой, как в отделении. Там он хныкал, а тут держался так… важно.
