В редакторском кресле уютно сидит майор Мишаков, обнажив черты лица и готовясь расписать свою жизнь в официальном документе. Комната огромная, окна в пол, стену засыпали старыми тесами, пол трещинами, как у барака на Таганке. Мебель – крестьянская мудрость из древних досок и деревянных коробов. В воздухе читается дух времени, где каждое слово в документе — важнейший камень в застывшую стену истории....
– Только я мяса не ем, молока не пью, яйца тоже, потому что они зародыши, а овощи ем только те, которые уже упали, потому что живые резать нельзя, ведь они живые, а все живое…
Тут Лиса сообразила, что рассказывает подробности своего бытия волкодаву Сене, который опять скроил ухмылку и подбирается, чтоб прижать ее к перилам и начать гавкать! Хозяйки и след простыл.
Лиса юркнула в дверь и плотно прикрыла ее за собой, чтобы Сеня не ворвался следом.
– Мам, как я рад тебя видеть, – басил на кухне Сандро. – Слушай, ну как я рад, знала бы ты!.
– Я тоже рада тебя видеть, сынок. Достань из духовки утятницу, только аккуратней, горячо.
– Нет, мам, ты не понимаешь! Мам, ну, не мечись ты, дай я тебя обниму!..
– Саша, нужно думать о матери и вести себя прилично, ты не понимаешь, что мы испытали, когда увидели в новостях тебя в наручниках! – вмешалась тетя.
– Лично я, – отозвалась Наталья Александровна, – ничего особенного не испытала, хотя, конечно, хотелось бы, чтобы вы оба объяснили, что все это значит.
– Мы объясним, объясним, – торопливо вступил Ник. Он, как старший, чувствовал себя виноватым больше, чем Сандро. – Мы толком сами не знаем.
Зашла Лиса и объявила, что хочет чупа-чупс, но весь запас остался в машине, а в машину она не пойдет, потому что на крыльце собака злая.
– Сандрик, сходи, а? Или пошли брата!
– Никаких чупа-чупсов, – объявила Наталья Александровна. – Мы садимся обедать. Сандро, пригласи Данияра. Он сам ни за что не зайдет!
– Еще бы, – пробормотал Сандро.
– Верочка, Слава когда должен подъехать?
Славой звали тети-Вериного сына, братьям Галицким он приходился каким-то сложным братом. Тетя Вера была двоюродной сестрой матери, и все то и дело сбивались, высчитывая, какой именно брат Слава – то ли троюродный, то ли четвероюродный.
– Мы, между прочим, собирались его дождаться, – заметила тетя и поджала губы.
– Мы же не знали, что к нам пожалует такая большая компания! – отмахнулась Наталья Александровна."
"– Я водки выпью, – объявил Сандро.
– Я тоже, – радостно сказала Лиса. – Я тоже переволновалась.
– Ник, достань из холодильника компот, – распорядилась мать. – И перелей его в кувшин.
– Ната, разве можно пить спиртное так рано? До вечера еще далеко! – ужаснулась тетя Вера.
– Ну, я не собираюсь пить никакого спиртного!
– Да, но твои дети!..
– Мои дети абсолютно взрослые дяденьки, – сообщила Наталья Александровна. – Они без нас разберутся, Верочка.
