В редакторском кресле уютно сидит майор Мишаков, обнажив черты лица и готовясь расписать свою жизнь в официальном документе. Комната огромная, окна в пол, стену засыпали старыми тесами, пол трещинами, как у барака на Таганке. Мебель – крестьянская мудрость из древних досок и деревянных коробов. В воздухе читается дух времени, где каждое слово в документе — важнейший камень в застывшую стену истории....
Когда уселись за стол – Данияр долго отказывался, его пришлось уговаривать, должно быть, так полагалось по-восточному, – и принялись за щавелевые щи, и Наталья Александровна велела начинать рассказывать, у калитки позвонили.
– Вот и Слава, – просияла тетя. – Я знала, что он не опоздает! Он никогда не опаздывает!.. С детства приучен приходить вовремя!
– Мы им гордимся, – заметила Наталья Александровна.
Славу долго знакомили с Данияром и Лисой – Данияр его отчего-то напугал, а Лиса привела в замешательство.
Лиса мыкалась над миской тертой моркови. Ей отдельно подали две миски – с тертой морковью и отварной картошкой. Наталья Александровна очень серьезно уверила гостью, что эти овощи есть можно, их никто не срезал, ибо растут они в земле.
– Откуда вы знаете? – заинтересовалась Лиса. – Вы почвовед?
– Тобой весь интернет полон, – сообщил Слава, принимаясь за щи и значительно поглядывая на Сандро. – С тобой прямо профессионалы работают! Надо же такое придумать!.. И главное, все реально – отделение, журналисты, какой-то капитан орет: «Никаких комментариев!» Все, как положено. И не скажешь, что это постановочные съемки!
Тетя Вера уронила ложку на скатерть.
– То есть это все… игра? – дрожащим голосом спросила она.
– Да какая игра, при чем тут игра-то? – буркнул Сандро. – Все правда. Замели нас с Ником, чуть дело не пришили, хорошо Глебов вмешался, отмазал.
– То есть это все… правда?! – воскликнула тетя Вера с ужасом. – Вы убили человека?!
– Мамочка, не волнуйся, – попросил Слава кротко. – Сандро шутит.
– Да чего я шучу, ничего я не шучу!..
– Мы никого не убивали, – вступил Ник. – Но в полиции почему-то решили, что это мы!
– Расскажи, – велела Наталья Александровна.
Пока Ник рассказывал, Сандро ел, морщился, вздыхал, ерзал, подливал себе компоту, живо выпивал и подливал еще.
Когда дошло дело до Милютина Александра Аггеевича, тетя Вера ахнула и зажала рот обеими руками. Впрочем, сначала она вытерла губы салфеткой.
– Как, как ты сказал?!
– Милютин, – повторил Ник. – Александр Аггеевич. А что? Вы его знаете?!
– Боже мой, – простонала тетя Вера.
