В редакторском кресле уютно сидит майор Мишаков, обнажив черты лица и готовясь расписать свою жизнь в официальном документе. Комната огромная, окна в пол, стену засыпали старыми тесами, пол трещинами, как у барака на Таганке. Мебель – крестьянская мудрость из древних досок и деревянных коробов. В воздухе читается дух времени, где каждое слово в документе — важнейший камень в застывшую стену истории....
– Сегодня он должен был у тебя ночевать? – продолжал Ник.
– Я не знаю! – заорал Сандро. – Я в каталажке сидел! Кто тут ночевал, а кто нет, мне в каталажке один хрен!..
– Когда мы приехали за машиной, он был здесь.
– И я была! – снова тявкнула Лиса.
Тут они оба на нее заорали:
– Заткнись!
И она заплакала – сразу навзрыд, изо всех сил, словно наверстывая упущенное.
– Звони Глебову, – устало выговорил Ник. – Звони, Сандро. А я в полицию…
– Да что ж это за твою мать, – так же устало и без выражения сказал Сандро.
– Сиплого жа-алко, – проикала Лиса. – Как жа-алко!.. Он хороший, добрый!.."
"Ник зачем-то подошел и погладил ее по голове. Голова странно поехала и осталась у него в руке. Ник уставился на рыжую паклю.
– Что ты меня трогаешь?! – завизжала Лиса и вырвала у него паклю. – Что тебе нужно?! Я на тебя в суд подам за сексуальные домогательства!.. Отойди от меня!..
Ник отошел. Она кое-как приладила парик на голову, потом сорвала, швырнула на пол и опять залилась слезами.
– Павлуш, – говорил Сандро в телефон, – это я, да.
Бедный Сиплый, подумал Ник на манер Лисы. Еще в обед все было в порядке – жив, здоров, чесал живот, должно быть, планы строил!.. В Питер на Версус собирался. Звуковика дожидался – к Сандро должен был приехать какой-то звуковик!..
Тянуть дальше было никак нельзя, и Ник, преодолевая себя, набрал номер отделения.
Первым примчался Глебов. Вид у него был неважный.
Он мельком глянул на тело, длинно присвистнул, спросил, вызвали полицию или нет.
– Вызвали, – отозвался Ник хмуро.
– Козлы, – энергично похвалил Глебов. – Сколько раз повторять – сначала я, а потом все остальное! Выходит, времени у нас нет, они сейчас приедут. Вопрос ко всем: вы его прикончили?
– Не-ет! – завопила Лиса, а братья Галицкие отрицательно покачали головами.
– Мы вернулись из Луцино и нашли его, – сказал Сандро. – Это Сиплый, он здесь все время тусует. Сам из Рязани, не наездишься, так он у меня живет. Он рэпер, только такой… андеграундный.
– Клевый чувак, – горестно вставила Лиса. – Добрый.
– Кто открыл дверь?
– Никто. Открыто было.
– Кто вас привез? Данияр?
Братья синхронно кивнули.
– Он вас привез и уехал? В квартиру не поднимался?
Они так же синхронно покачали головами.
Глебов подумал немного.
