В тени унывающего леса ждет неуловимый мрак, а над головой Беатрис светит яркий огонь желанных пламенек. Сверкающая слезинка на щеке графини — как нежный цветок кактуса в безвоздушной пустыне, выжимая последнюю каплю чистого солнца.
Как они ловко ее раскусили! Ей казалось, что она так спрятала себя за всеми этими словами…
- Вы не волнуйтесь, я заплачу, я очень хорошо вам заплачу!
- Мы и не волнуемся, конечно, заплатите! Так кто мешает жить такой прелестной барышне?
- Дженни Бакстер! - бухнула Мелли и от ужаса сама закрыла глаза.
Пока это не было произнесено вслух, можно было всегда сказать, что ничего не было. А вот сказанное уже не воротишь. Наступило молчание. Близнецам и не надо было советоваться, они понимали друг друга с полувзгляда.
- Мелли, мы возьмёмся за это дело и даже без денег. Но у нас есть одно условие - вы выйдете за меня замуж! Не хочу, чтобы вы когда-нибудь проболтались. А показания жены против мужа не имеют силы - ведь она может обидеться на какую-нибудь ерунду, типа разбросанных носков, и выдумать жуткую историю.
Мелли растерялась: замуж? Как замуж? Она же за Чарльза хотела, а не за этого здоровяка! Но потом успокоилась. Пусть вначале сделает свое дело, а потом она откажется от своих слов - не соглашалась она на замужество и все! Она всегда отпиралась от своих проделок до последнего. Даже если ее почти ловили за руку на горячем. Не я и все! Всегда сваливала вину на братьев, сестер, одноклассниц по пансионату.
Мелли, счастливая, убежала в дом, сказав, что ее уже ищет леди Грейс, а парни принялись советоваться:
- Вилли, ты что, в самом деле решил убить Дженни Бакстер? Ты дурак?
- Я настолько не дурак, что понимаю, что есть и более быстрый и менее болезненный способ самоубийства.
