В пределах обочины ветер уносит пыль, сквозь небольшие трещины в земле можно видеть маленькие камешки. Журналистка тяжело дышит, перехватывая жаром руки и глядя на изможженные, обгоревшие от работы ладони. Здесь нет места для слабостей: каждый камешек — напоминание о невзрачной работе и непрерывной дисциплине....
Не иначе, как бедная девственница, которую ведут на заклание.
Качаю головой. Киваю старшему из своей охраны:
– Идём, Сармус. Поглядим, что здесь есть из еды и узнаем последние новости.
На нижнем этаже гостиницы расположился бар-ресторан с отдельным входом.
Внутри темно. Свет редких факелов на стене освещает прямоугольный вытянутый зал тусклым светом. Вдоль стен столы со стульями из тёмного дерева. Впереди по центру барная стойка.
Ноги прилипают к не слишком чистому полу. Пахнет жареной картошкой и пивом.
За стойкой сам хозяин с пышными седыми усами.
В общем и целом, если сравнивать с другими заведениями на улице, это элитный ресторан. Видимо, здесь дороже, чем в остальных местах, потому и публика поприличней и нет окрестных пьянчуг.
Заказываю свежую газету и выпить.
Сармус остаётся за барной стойкой. Я опускаюсь за столик у стены.
Делаю пару глотков и отставляю подальше стакан с янтарной жидкостью. Нет уж, спасибо.
Бегло просматриваю сводку новостей. На одной из них задерживаюсь. Взгляд замирает. Хмурюсь, замечая знакомые имена. Память подбрасывает воспоминания пятилетней давности. До сих пор неприятные. Болезненные.
Резким жестом сворачиваю пергамент, нещадно его сминая. Бумага хрустит и поддаётся.
Выхожу прочь, в холодный летний вечер. Сгущаются сумерки. В окнах загораются первые огни. Тут и там из баров на улицу высыпают пьяные компании. Дребезжа колёсами, мимо проносится почтовая карета, поднимая за собой тучки пыли.
Сворачиваю за угол, открываю знакомую дверь гостиницы. Упираюсь в лестницу, ведущую на второй этаж.
В глубине первого этажа виднеется прилавок, из-за которого доносится весёлый девичий смех. И низкий мужской голос с игривыми интонациями. Иду туда. Замечаю странные шорохи. Здесь явно не хватает светильника.
Хмурюсь, когда получается рассмотреть силуэт Шэра, моего наёмника. Тот нависает над горничной в форменном переднике, которую зажал между стойкой регистрации и собой.
Заметив меня, девушка вскрикивает. Быстро приседает и убегает в боковую дверь.
– Леди Элира у себя? – спрашиваю недовольно, давая ему понять, что такое поведение мне не нравится.
– Да, хозяин. Леди поднялась наверх и не спускалась. Первый номер, хозяин.
– Ясно, – смериваю наёмника ледяным взглядом. – Всем хватило мест?
– Да, хозяин, благодарю, – тот картинно взмахивает шляпой в знак высочайшей признательности.
