Осень 1940 года, Токио. В Кабинете цензора Отдела общественной безопасности полиции. Автор сидит напряженно, документы перед ним пестрят знаками и надписями. День первый: Цензор сообщает о приезде, вызывая неожиданные мысли у автора. Вместе они обсуждают шифры, заговорщики и скрывающиеся под псевдонимами голоса....
А как её ухо?
ЦЕНЗОР. Ничего страшного. Как я вам уже говорил, моральная травма гораздо больнее. Может быть, действительно, эти зяблики хоть как-то отвлекут её?
АВТОР. Конечно, они ваши.
ЦЕНЗОР. Хорошо, оставьте их здесь.
АВТОР. Как скажете.
Цензор возвращается к своему столу и берёт пьесу.
ЦЕНЗОР. Я закончил.
АВТОР. Как вам понравилась роль полицейского?
ЦЕНЗОР. А, да, да.
АВТОР. Я подумал, что полицейский слишком осовременивает пьесу, и превратил его в стражника.
ЦЕНЗОР. Мой начальник уже ознакомился с вашей рукописью.
АВТОР. Вот как?
ЦЕНЗОР. Да, он зашёл сегодня утром ко мне по одному делу, я показал ему вашу пьесу. Он остался доволен.
АВТОР. Ну, прекрасно.
ЦЕНЗОР. Он просил передать вам, чтобы вы назначили на роль полицейского самого красивого актёра вашей труппы.
АВТОР. О, я позабочусь об этом. Значит вы даёте нам разрешение?
ЦЕНЗОР. ...
АВТОР. Так как насчёт разрешения?
Цензор заметно мрачнеет.
ЦЕНЗОР. ...
АВТОР. Что ? Есть ещё какие-то проблемы?
ЦЕНЗОР.
АВТОР. Что, конкретно?
ЦЕНЗОР. Сцена со стражником.
АВТОР. Т-а-а-а-к.
ЦЕНЗОР. Моему начальнику она понравилась, а я неудовлетворён совершенно.
АВТОР. А что вас там не устраивает?
ЦЕНЗОР. Сейчас он у вас просто прохожий.
АВТОР. Так, опять всё сначала?
ЦЕНЗОР. Какая это страница? А, вот (листает рукопись), страница тридцать шесть.
АВТОР (тоже открывает свою рукопись). ...
ЦЕНЗОР. Значит, он появляется у вас в тот момент, когда Гамлет и Джульетта обнялись.
АВТОР. Да, как один из эпизодов в трюке с повторами.
ЦЕНЗОР. Прочтите-ка мне это место вслух, если вам не трудно.
АВТОР. Гамлет и Джульетта обнялись. Появляется стражник Оогавара. “Эй, что вы тут делаете?” Они отстраняются друг от друга. Стражник Оогавара подходит к ним ближе. Расплывается в улыбке. “Чуть ли не до самых гланд достал, а?"" Довольный собой удаляется прочь.
ЦЕНЗОР. Угу.
АВТОР. Ну и что вас здесь смущает?
ЦЕНЗОР. Его появление здесь какое-то необязательное.
АВТОР. Это вы мне говорите?
ЦЕНЗОР. Да, а что?
АВТОР. А то, что эта роль с самого начала была необязательной.
ЦЕНЗОР. Ну, если даже вы считаете эту роль лишней, то публика наверняка решит, что вы написали её под давлением цензуры. Я не могу с этим согласиться.
АВТОР. А с этим уже ничего не поделаешь, потому что так оно и есть.
ЦЕНЗОР. ...Не горячитесь.
АВТОР. Извините.
ЦЕНЗОР. Ну хорошо, что вы не можете сделать его появление более осмысленным?
АВТОР.