На улице уже полным темпом стемнело, лишь слабое освещение настольной лампы усиливало таинственный шарм комнаты. Правда, оно не могло преобразить лицо человека, лежавшего в кресле — его фигура выглядела мрачнее ночи. Весь этот дом напоминал ужасный сюжет фильма "Акула", где каждый предмет и уголок помещения словно застыли в тишине, ожидая момента для нового коварного пристрела воров......
Молча пожал руку Николаю и сел на заднее сиденье.
— Куда едем? — спросил Андреич, выруливая за ворота.
— В Южный район.
— Он большой…
— Я покажу.
За ними никто не следил — это точно. Ехали по таким улицам, где не смог бы оставаться незамеченным даже самый квалифицированный наблюдатель.
— Направо… Прямо… Давай в «карман». Налево. Ещё раз налево… — по мере приближения к месту Степанский начал корректировать маршрут.
— Здесь тормози.
Двор пятиэтажного дома был заполнен самыми разнообразными автомобилями и освещён только светом из окон.
С крышкой багажника пришлось повозиться. Когда она поднялась, Степанский поочерёдно выдернул и поставил к своим ногам оба чемодана, посмотрел на охранника и сказал:
— Знаешь, ты меня извини, если что-то было не так.
Сбитый с толку Андреич промолчал и все время, пока шли к подъезду, смотрел себе под ноги.
Они вошли в дом.
Радиомаячок на кузове «волги» исправно посылал в эфир сигналы.
Через несколько минут на двух машинах прибыли четверо мужчин. Они были исполнителями, довольно толковыми. Главарь руководил их действиями по сотовому телефону. Следуя его указаниям, они занялись поиском квартиры Степанского.
Ни о чем не подозревая, Степанский и Андреич сели смотреть телевизор."
"Это были последние развлекательные программы в их жизни.
* * *После работы Андрей поехал в клинику военно-полевой хирургии, где лежала сестра. По дороге купил сок и фрукты — стандартный набор, с которым её навещал. Не повезло, вместо получаса, на которые рассчитывал, потратил все полтора.
Вспомнился разговор с Катышевым.
Начальник подошёл, когда Андрей опечатывал дверь кабинета.
— Был у Сазонова?
— Был.
— Ну и что скажешь?
— Мудак он! Что ещё можно сказать?
Разговаривают в коридоре. На этаже пусто, только громыхает вёдрами уборщица, да треск печатной машинки доносится из одного кабинета.
— Это я и без тебя знаю. Надо выручать парня.
— Зачем?
— Все-таки свой…
— Папа с мамой его выручат. Лучше нас. И адвокат.
