В темных улочках старого города кружился немногословный мужчина в несколько старомодной одежде. Его походка была манерной, как в старых пьесах, и вот уже шестидесяти пяти лет он, обычно избегавший алкоголя из страха за алкогольную зависимость, снова отправился в театральный буфет для традиционного разбавления эмоций. В этот вечер его стакан был заполнен золотистым шампанским, напоминающим древние коктейли знаменитого содержаника....
"
"– Вот ты всегда так, – голос ее прерывался, – нарочно меня принижаешь! Нарочно делаешь вид, что я – никто! Я – актриса, настоящая! И если сейчас не работаю, то это только вопрос времени! И если ты будешь относиться ко мне по-свински…
Хотя в глубине души Леня был уверен, что Лола никогда не вернется в театр, потому что в свое время ей осточертели тамошние порядки и зависть коллег, к тому же Лолиной врожденной лени очень не нравилось подниматься утром и тащиться на многочасовые репетиции, сейчас он немного испугался.
Разумеется, Леня испугался совсем чуть-чуть, но притворился, что испугался ужасно. Конечно, в отличие от Лолы он никогда не играл в театре, но при его профессии актерские способности просто необходимы. Он постарался измениться в лице и прижал руки к якобы колотившемуся сердцу, а потом с размаху плюхнулся на стул, как будто ноги его не держат.
Лола поглядела на него искоса и полностью удовлетворилась увиденным.
– Уж и не знаю, – проговорил Леня, запинаясь, – можно ли тебя пускать к этой самой Римме Борисовне… Вспомнишь про театр… как бы тебя опять не потянуло на старое…
– Да ладно, – Лола подбежала и чмокнула его в щеку, – мне полезно сменить обстановку, развеюсь немного. Пу И не возьму, он в театре все равно ничего не понимает…
В фойе Среднего Драматического театра толпилась публика.
Завзятые театралы, большую часть которых составляли женщины от тридцати до шестидесяти лет с неизгладимой печатью интеллигентности на лице, окружали раскладной столик, за которым сидела ухоженная дама с длинными темно-рыжими волосами, в зеленом шелковом концертном платье с глубоким декольте и с выражением собственного достоинства на холеном лице.
Увидев ее первый раз, можно было подумать, что перед вами – известная оперная певица или, как минимум, концертмейстер с большим стажем.
Римма Борисовна, а именно так звали представительную даму, занималась этим благородным делом всю свою сознательную жизнь.
Прежде, в советские времена, когда дефицитом было абсолютно все, от продуктов питания и одежды до книг и билетов на кинофестивали, торговля театральными билетами была весьма прибыльной.
