В мире, где дикие природные силы властвуют над людьми, Ольга чувствует себя как живой инструмент в руках божественных мук. Падение омывает ее, словно камни падающей реки, и каждая секунда уносит последнюю каплю воздуха из легких. Вспышка света, сопровождаемая грохотом вырывающихся из земли стволов деревьев, дает ей возможность вздохнуть перед жуткой судорогой, которая охватывает ее тело, как будто кто-то раскалывается на части сам по себе....
Ольга поморщилась, спросила:
— Как она выглядела? — уже знала, что услышит.
Мама зашмыгала носом:
— Красивая. Возле тридцати, невысокая, длинные волосы. Вот глаза у неё до чего яркие были, зелёные, притягивали магнитом. Забыть трудно. Ты на неё похожа: подбородок, губы, волосы такого же цвета, особенно когда назад зачёсаны. Егор как-то обмолвился, что ты дочь достойного человека, знатного и очень богатого. Я так и поняла — спрятала тебя мать от смерти. Сказала, что когда настанет время, придёт за тобой. Я ждала.
Мать замолчала, потупившись:
— Одну её просьбу так и не решилась исполнить.
Ольга молчала. В сознании острыми жгучими вспышками прорывались воспоминания. Слёзы застилали глаза.
— Она просила назвать тебя Леовой, — зачастила женщина, заторопилась, оправдываясь: — Ну, какая Леова? Имя нерусское, странное. Отец, правда, противился, а я настояла, убедила. Оля, Оленька… Созвучно ведь. Так, дочка? — тронула она её за плечо.
Ольга машинально кивнула. Чего уж теперь говорить об этом?
— Ты мать свою не осуждай. Видно, не было у неё другого выхода. И Светлану не слушай. Плохо у неё всё, вот и злая. У Алексея любовница. Уже года полтора как. И не фифа вовсе, — пожала мама плечами недоуменно. — Воспитательницей в детском саду работает. И мальчик от первого брака есть. Восемь лет.
Ольга молчаливо вскинула брови — о семейных неурядицах сестры слушать не хотелось. Снедало желание остаться одной.
— Собрался из семьи уходить. Пускай идёт. Он ведь не хотел второго ребёнка. Я Светлане говорила: не вздумай рожать, пожалеешь. Нет, сама решила, как только узнала про женщину эту. Молчала, терпела, глупая. Разве мужчину ребёнком удержишь? Если из семьи не уйдёт, то блудить всё равно не перестанет, — махнула она рукой. — Мука одна.
Заметив отрешённый взгляд дочери, переключилась на неё:
— Что делать собираешься?
— Уеду.
— В Горск?
— Да. Есть неплохие варианты.
— Умница, — обняла она её. — А Светлана остынет, помиритесь. Не впервые ведь ссоритесь.
Так было впервые. Ольга не стала расстраивать мать, но твёрдо решила с сестрой не общаться.
— Ты как, дочка? Мне остаться с тобой на ночь?
— Не нужно. Со мной всё в порядке. Только устала очень. Голова болит.
— Я поеду? — после затянувшейся паузы спросила мать. — А деньги утром привезу.
— Какие деньги?
— Твои.
