Автор
В самолете хлопают и улюлюкают, словно старик Меркури ожил со своими танцами. Вы с моей престарелой соседкой по бизнес-классу подмигиваете друг другу, она прижалась к витрине Картье из страха перед полетом — даже в таком уютном путешествии есть место для слез и молитв.
С долей разочарования замечаю как экран в моей руке гаснет, и вздрагиваю, потому что он вспыхивает вновь.
Поднимаюсь с маминых колен и встречаю ее сочувственный взгляд.
— Делай как знаешь, Никуш, — тихо говорит она и, потрепав меня по щеке, поднимается с дивана с явным намерением оставить в уединении.
Едва я фигура в джинсах и клетчатой рубашке скрывается на кухне, я перевожу взгляд на экран, откуда на меня смотрит Кэп. Улыбчивый говнюк и понятия не имеет, какие сердечные муки я переживаю по его вине."
"Моей выдержки хватает ровно на три секунды, после чего я слабовольно тычу пальцем в экран и беззаботно начинаю щебетать:
— Извини, Кэп, не слышала твоего звонка — ко мне мама с гости заехала, и мы с ней заболтались.
— Вы еще долго? — звучит знакомый баритон, от которого руки мгновенно покрываются мурашками. Попала ты, Ники, попала. — Я рядом с твоим домом и у меня есть билеты в кино на последний ряд. Сеанс начнется через….ээээ… полчаса.
Вообще-то мне следует рявкнуть, чтобы он не смел быть таким милым и перестал совершать такие романтичные жесты, но вместо этого я уточняю:
— И какой фильм?
— Шазам, — самовольно отвечает Максим, и я представляю как он в этот момент он улыбается, демонстрируя ямочки на щеках.
Ну как я могу стоять против него и ДиСи?
— Через пять минут спущусь.
— Идете в кино? — из кухонного прохода мама наблюдает, как я начинаю носится по квартире в поисках подходящей одежды.
— Угу.
Я замираю посередине комнаты с ногой, наполовину вдетой в джинсовую штанину и жалобно пищу:
— Мам, я жалкая, да?
— Конечно нет, милая.
Через пять минут я прощаюсь с мамой и вылетаю за дверь. Пока сбегаю вниз по ступенькам, начинаю жалеть о проявленной слабости и нарушении данного себе обещания провести вечер отдельно от Максима. Вчера я ночевала у него, и сегодня, следуя намеченному плану, должен был состояться день голодовки.
Я даже подумываю о том, чтобы придумать отговорку, почему я не смогу пойти в кино, но вся эта чушь мгновенно вылетает из головы едва я вижу его, прислонившегося задом к капоту и держащего в руках букет цветов.
— Увидел в витрине и не смог пройти, — Максим сует тяжелую охапку мне в руки, не переставая улыбаться. — Они такого же цвета как твои глаза. Блю Кюрасау.
Я тычусь носом в бархатные синие лепестки и чувствую предательское пощипывание в носу.
Романтичный ублюдок.
