Там, почти напротив лестницы, стоял самый настоящий мамонт – в густой шерсти и с огромными бивнями.
Ну да, вахтерша же так и сказала – пройти мимо мамонта, свернуть направо и потом идти по коридору до четвертой фигуры, что бы это ни значило…
Проходя мимо мамонта, Алевтина не удержалась и потрогала его за ногу, чтобы проверить, настоящий ли он.
Мамонт ее разочаровал: он был не настоящий, а сделанный из гипса или чего-то подобного.
Алевтина повернула направо и пошла по длинному полутемному коридору, вдоль стен которого стояли стеклянные шкафы. В них были разложены и расставлены какие-то меховые и кожаные одеяния, плетеные лыжи, короткие копья, гарпуны и другие орудия охоты и рыбной ловли.
По стенам между этими шкафами висели всевозможные северные лодки – из дерева, древесной коры или шкур, натянутых на деревянные каркасы. Наверное, это были каяки, или – как там говорили люди на вахте? Кажется, заморочки… да нет, оморочки…
Однако вахтерша говорила про какие-то фигуры… интересно, что она имела в виду?
В полутьме за очередным шкафом с экспонатами Алевтина увидела странного человека и обратилась к нему:
– Извините, я ищу Игоря Журавлева. Вы не знаете, где его кабинет?
Алевтина пригляделась к нему и поняла, что это еще одна восковая фигура. Она изображала северного охотника в длинном меховом балахоне с капюшоном, расшитым разноцветными узорами. За спиной у него висело старинное ружье.
На стене возле охотника была прикреплена красивая табличка с надписью:
«Охотник-манси в традиционной одежде».
«Ага, наверное, это и есть фигура, о которой говорила вахтерша!» – догадалась Алевтина.
Это – первая, значит, должны быть по крайней мере еще три…
Она пошла дальше по коридору и вскоре увидела впереди еще одну.
Эта фигура была женская, она была облачена в яркий наряд с нашитыми цветными лентами и узорами, на голове – красивая красная шапочка.
Табличка возле нее гласила, что это свадебный наряд якутской женщины.
Алевтина пошла дальше.
В следующем простенке снова был мужчина – это был ненецкий оленевод.
Наконец Алевтина увидела четвертую фигуру.
Эта фигура была особенно выразительна: мрачный мужчина в длинной накидке из звериных шкур, с нанесенными на лицо полосами и кругами, он держал в одной руке большой бубен, а в другой – деревянную колотушку с кистью.
На голове у него была шапка из пятнистого меха, а на лбу был нарисован красной краской третий глаз.
