В Артефактах Древнего зажигается первобытная свеча войны, когда люди сталкиваются лицом к лицу с неведомыми существами из мира древности. Виктория плачет на фоне кровопролития, а умирающий мир вокруг подаётся в тени бешеных выстрелов и жарких магических боёв.
А нет, так на нет и суда нет.
Да, я хотел бы получить свои вещи назад. Желательно, как можно быстрее. Они усилят меня, упростят мне задачу по заработку денег и возврату частей духа. Но раз уж вопрос стоит ребром — а я не думаю, что Шелестов шутил об отчислении за прогулы — тоя выберу учебу в академии. Как бы не чесалось и не хотелось.
Бестужев замер. Замерло и его лицо. Практически полное отсутствие эмоций через пару мгновений сменилось чем-то похожим на досаду.
— Вылитый дед, — прошептал он и кивнул, — хорошо, через год.
— А знаете, что, — я хотел уходить и, посмотрев в сторону, увидел матушку, — возможно, я смогу придумать решение быстрее.
— Весь во внимании, — оживился Пётр Алексеевич.
— Дайте мне несколько дней, — протянул я, обкатывая в голове пришедшую идею. — Я свяжусь с Вами.
На этом мы и распрощались. Бестужев пожал мою руку и пошёл вверх по лестнице. Я же направился в сторону, где заметил матушку. Но, прежде чем найти её, я наткнулся на троицу «перехватчиков» ставок.
Злотарёв, Крамской и Комаров стояли у стойки получения лотов и паковали многочисленные покупки.
— Как же я мечтал выпить чаю с этого сервиза, — протянул я, проходя мимо них.
Они оглянулись на меня. Крамской нахмурился, а Злотарёв приоткрыл в удивлении рот.
— Древние сказания об этом сервизе говорят, — я не сдержался и добавил, когда увидел, что они обратили на меня внимание, — если потереть бока заварочного чайника в новогоднюю ночь, то это принесёт прибыль и выгоду.
Я прошёл дальше, а они ещё долго провожали меня полными злости взглядами. Только Злотарёв смотрел так, будто явил ему откровение.
На лестнице я матушку не нашёл. Только что она была здесь, а теперь её платье мелькнуло наверху. Поспешил за ней. Хотелось скорее догнать её, пока она одна. Догнать и поговорить. Идея, как получить кинжал зависела от неё. Хочу ей предложить…
Звонок телефона прервал мои мысли. Достал трубку на ходу и, не глядя, кто звонит, раскрыл и приложил к уху.
— Поздравляю с продажей усадьбы, граф, — раздался весёлый голос Шальной, — отличные сегодня на вести день, не находишь?
— Быстро же слухи расходятся, — пробурчал я, поднявшись наверх и отыскивая маму взглядом, но на глаза попадались сплошь посторонние люди.
— Слухи не собираю, — притворно оскорбилась Шальная, — только проверенные факты.
— Угу, — я направился в какой-то коридор, где, кажется, мелькнуло платье матушки.
