В усадьбе уже замерла тишина. Барон распахнул ставни, оглядывая темно-сапфировые облака над усадебной крышей, а затем снял очки, протирая их носовым платком и снова повесив на нос свой гордый подбородок. Гнев в его глазах ярче дня, готовый прорваться сквозь груди, словно сам фонтан победной надежды....
«Победа» свернула на грунтовку, немного попетляла меж деревянных домишек, и Котеночкин остановил ее прямо возле водоразборной колонки.
– Вот здесь я ее высадил, – сказал Прохор, вышел из машины и постучал ногой по колесу.
Веня выбрался следом, нажал на рычаг колонки, подставил ладонь и сделал несколько глотков. Небо уже осыпали звезды, где-то вдалеке лаяла собака, в соседнем доме играл патефон.
– Что с бензонасосом? – спросил Веня. – Дотянет он до таксопарка?
– Дотянет. Никуда не денется.
Веня огляделся по сторонам.
– Так, значит, ты не видел, куда она дальше пошла? Жаль! Ну что ж, спасибо тебе, батя, уж извини, что сорвал тебя в такую даль! – сказал Веня, достал из кармана сотенную и протянул Котеночкину.
– Убери! – заявил Прохор и нахмурился.
– Как знаешь, – сказал Веня, пожал плечами и сунул купюру обратно.
– Я вот все спросить тебя хотел, на кой черт ты девицу эту преследуешь? По работе или просто приглянулась? – осведомился водитель.
Старший лейтенант милиции хмыкнул и честно признался:
– А я и сам не знаю.
– И как же ты свою девицу теперь искать собираешься? – продолжал допытываться Котеночкин.
– Поспрашиваю у местных, которые не спят.
– Что же ты у них спрашивать станешь? Видели ли они сегодня здесь девицу, которая выглядит так-то и так-то?
Парень достал из кармана фотографию, полученную от Зверева, и протянул ее Прохору.
– Я вообще-то совсем другую девицу ищу! Вот эту, – сказал он и ткнул пальцем в Ольгу Соколовскую.
– Вот дела! А чего ж ты мне это сразу не сказал? Знаю ее, вон в том доме она живет. Ну да, улица Юбилейная, номер сорок два. – Прохор указал на синий домишко с шиферной крышей, расположенный в паре десятков метров от колонки.
Брови Вени поползли вверх.
– Ты никак подвозил ее сюда? – осведомился он.
– Ну да. Дай-ка фотку. – Прохор взял снимок, подошел к капоту и взглянул на снимок при свете фар. – Темненькая, ростом мне, пожалуй, по плечо будет.
Веня дернулся и принялся потирать руки. Он поверить не мог, что ему так повезет.
– Ну, Егорыч! Ну, молодчина! Да мне тебя сам бог послал. Рассказывай все, что знаешь."
"– А чего тут рассказывать-то? Все верно. Девицу эту я два раза сюда возил. Один раз одну, а второй раз она с этим дядькой была. – Прохор ткнул пальцем в Завадского.
