Сборник увлекательных историй о жизни и работе на нефтяных месторождениях Сибири. Автор делится впечатлениями от четверти века, проведённого на Нефтяном Севере, рассказывает о людях, приключениях и испытаниях суровой промышленной жизни в условиях сурового климата и удалённости от цивилизации.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Байки нефтяного Севера»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Сборник увлекательных историй о жизни и работе на нефтяных месторождениях Сибири. Автор делится впечатлениями от четверти века, проведённого на Нефтяном Севере, рассказывает о людях, приключениях и испытаниях суровой промышленной жизни в условиях сурового климата и удалённости от цивилизации.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Александрович Эйгенсон Самиздат подборки серии
Сборник увлекательных историй о жизни и работе на нефтяных месторождениях Сибири. Автор делится впечатлениями от четверти века, проведённого на Нефтяном Севере, рассказывает о людях, приключениях и испытаниях суровой промышленной жизни в условиях сурового климата и удалённости от цивилизации.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Если не нефть, а только газ, так ведь западло считалось, почти как пустая структура. Я анализом этих дел потом много занимался — подтверждаемостью прогнозов. На чем и с Володей познакомился в семьдесят шестом году в СибНИИ НП.
То есть, шестьдесят пятый год — это самый разгар геофизических изысканий в Западной Сибири. Ползут по Ханты-Мансийскому и Ямало-Ненецкому округам гусеничные тягачи ГТТ, тащат станки для бурения, заряды для взрывов, аппаратуру для записи отраженных подземными слоями волн. При них люди, конечно. Спецы-геофизики, бурильщики, ремонтники, водители. На прицепах всякое снаряжение, чтобы в тайге или тундре за триста кэмэ от всякой жилухи существовать и работать — бензин, палатки, продукт, спальники. У одного моего ленинградского знакомого на стенке фото висит — он молодой, у костра с топором в одной руке и с вынутым из прибора блоком в другой. Все веселятся — вот как Володя Коган топором усилитель чинит! А он отмахивается — мол, а чего, топором и чинил. Топор на костре раскаленный и он им вместо паяльника пользовался. Так если больше нечем?!
Нам это все с вами представить трудно. Как справедливо заметил Олег Куваев, не тот, который ""Масяня"", а тот, который ""Территория"", нас с вами на этих тракторных санях не было. А Володя Коган был. И Володя Шилов — тоже. Только первый так рабочим в партиях тридцать лет и проработал, а второй — только тот год академического отпуска. Но впечатлений тоже достаточно."
"Вот однажды прибился к их партии хант. Нестарый, лет тридцати. По-русски говорит хорошо. Взяли они его рабочим на месяц, как местного жителя. Не с аппаратурой он, конечно, работал. Подай, принеси, круглое кати, плоское тащи, а в основном обед варил. Ребята не так, чтобы после дня работы в аппетайзерах нуждались, а суп, кашу, макароны — это у него получалось. Особым Дерсу Узалой или Улукитканом, чтобы в тайге и тундре каждую кочку знал да комара в глаз бил — это он не был. Да ведь, если детей насильно в двенадцать лет из стойбища забирать и до восемнадцати держать в интернатах, обучая наукам белого человека — так откуда мудрому сыну Природы взяться?
Хантыйские и ненецкие восстания, продолжавшиеся по самый сорок четвертый год, связаны ведь именно с этим, с нежеланием туземцев отдавать деток в русские интернаты. Так-то что уж у них там особо коллективизировать, у охотников да рыбаков, землю отнять, как светловский герой про Гренаду мечтает — так надо знать, куда ее потом девать? Вот как нефть открыли — так вопросов не стало. Есть у меня приятель, Феликсом зовут, давно только я его из виду потерял. Вроде бы он сейчас в Бремене и даже и врачует, подтвердив докторский диплом. А тогда он был главным психиатром Нижневартовского района и много времени проводил в национальных поселках.
