В безудержной скачке отчаяния, девушка-героиня бежит от парня, которого считала идеалом. Пока он играет с ней как кот с мышкой, обделяя вниманием и любовью. Но когда она просыпается, снова окунутая в обыденность, понимает, что настоящего счастья для него не существует.
Зачем ее останавливать, если Филимонова все же завоевана?
Андрей хмыкнул, уткнулся лбом в ее плечо… голое, как на зло… По девичьим рукам мурашки пошли, а по щекам — пятна красные…
— Какая ж ты дура, Кать… Какая дура…
Тоже прошептал, потом от нее оторвался, защелкнул ремень безопасности, рванул в сторону дома.
Доехали молча и быстро.
Катя выскочила, как только выпала такая возможность.
— Ты его не спасешь, Кать. Его никто уже не спасет, если он сам не захочет.
— Я знаю.
— Не рви себе душу из-за мусора человеческого, даже если он когда-то был для тебя дорог…
— Не был, просто… жалко…
— Захочет — выберется.
— Ты прав…
Катя высвободилась, его руки с себя сняла, пошла в сторону парадного.
Ей повезло. Андрей остался на улице, Самойлова же успела зайти в квартиру, снова стянуть с ног туфли, в зеркало на себя посмотреть… Красотка… Бледная и в пятнышко…
Застыла, когда услышала звук дверного звонка… Снова Веселов.
И Катя прекрасно понимала — вот не надо открывать. Точно не надо, но… три щелчка и дверь нараспашку.
Он залетел в квартиру, стоило Кате открыть. Залетел в совершенно прямом, прямее некуда, смысле.
Самойлова не успела не то, что отойти — и шаг в сторону сделать, как была зафиксирована — руки на талии легли, как влитые, Андрей в три шага прихожую пересек, у Кати же выбора не было… В голове одна мольба: лишь бы не споткнуться.
Катя почувствовала спиной стену, выдохнула… А надо было вдыхать, потому что Веселов… Совершенно бесцеремонно, абсолютно бесстыже, не заботясь о ее желании и вообще мыслях на свой счет… взял и поцеловал. Больно и так отчаянно, как никогда. Впервые за четыре года.
