Высоко взлетевший холодок новогодней ночи окутывает город золотистой дымкой. Я выкатываюсь на улицу, сердце колотится так же, как и рябь в глазах моего парня, глядящего в объятиях вертихвостки сестры — лучшей подружке. Ночью надевать пальто необязательно, но я поскальзываюсь на морозе и упираюсь ногами в глубокий сугроб....
– Водички не найдется?
Токман смотрит на кулер. Я поворачиваю голову в ту же сторону, оставаясь сидеть на месте. Я надеюсь, он еще в состоянии подать женщине стакан воды.
На Ванькином лице проскальзывает полуулыбка
59
Иван
Сжимаю тонкий пластик и протягиваю стаканчик Татке. Специально не ставлю на стол. Небольшая проверка реакции.
У нее расширяются зрачки, когда наши пальцы соприкасаются. Еще она слегка размыкает губы. Вытягивает шею, подлавливая равновесие, и забирает свою воду. Лживо улыбается.
– Спасибо, – кривит губы и делает глоток.
– Не за что. Итак, вернемся к Полякову. Ты почти год была с ним в отношениях.
– Меньше. Кстати, он сделал мне предложение.
– Поздравляю, – не поднимаю глаз, сосредоточенно смотря на страницы дела.
– Из-за твоих церберов, между прочим, я осталась без подаренного им в тот день кольца.
– Кольцо подлежит аресту, как и все его имущество. Ты хотя бы примерно представляешь, сколько он наворовал?
– Судя по твоему серьезному лицу – много.
– Несколько десятков миллиардов.
Татка закусывает нижнюю губу.
– Ну да… вряд ли у силовика, даже на высоком посту, может быть «Ламборджини», – усмехается. – Так что масштабы я представляю, но не имею к этому никакого отношения.
– Твой допрос –формальность. Бумажка, которую мне нужно будет вложить в дело. Не переживай.
– Я и не переживаю. Может, уже задашь все свои вопросы и я пойду?
– Тебе некомфортно?
– Мне безумно комфортно, но я очень опаздываю. Много дел, Иван Александрович.
– Половина твоих знакомств именно такие, – заламываю бровь.
Татка сейчас либо считает до десяти, чтобы не взбеситься, либо тщательно обдумывает, как огреть меня сумкой, да побольнее.
– Не хами, Ваня.
– Даже не собирался. Рассказывай…
– Что именно?
– Видела когда-либо этих людей в компании своего жениха? – выкладываю на стол несколько фотографий, и Свобода уверенно тычет пальцем в пару фоток. – Отлично.
– Вот этот пару раз присоединялся к нам за ужином. Разговоры были про какие-то офшоры, покупку завода, кажется… Кто это?
– Один небезызвестный криминальный авторитет.
– Меня теперь убьют?
Не могу понять, она серьезно или шутит.
– Мы этого не допустим.
Татка напрягается после моих слов.
– Я шучу. Твои показания не первые.
– Ладно, – кивает чуть увереннее.
– Как тебя вообще угораздило с ним связаться?
– Это мое лично…
– Твое личное вот-вот станет публичным.
