Офицер-циник Иван встречает мечтательную певицу Тату в новогоднюю ночь. Она должна стать просто очередной девушкой, но становится запретной любовью. Сестра его лучшего друга, идеальная и недостижимая. Он спасает её, но может ли спасти свою душу от чувств, которых боится?
Раздел Chitat.online для книги «Боюсь тебя любить» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Офицер-циник Иван встречает мечтательную певицу Тату в новогоднюю ночь. Она должна стать просто очередной девушкой, но становится запретной любовью. Сестра его лучшего друга, идеальная и недостижимая. Он спасает её, но может ли спасти свою душу от чувств, которых боится?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Офицер-циник Иван встречает мечтательную певицу Тату в новогоднюю ночь. Она должна стать просто очередной девушкой, но становится запретной любовью. Сестра его лучшего друга, идеальная и недостижимая. Он спасает её, но может ли спасти свою душу от чувств, которых боится?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Так зачем ты вернулся?
Азарина смотрит перед собой, а когда задает вопрос, то голос звучит невероятно звеняще.
– Я уже отвечал, по работе.
– И надолго?
Ее глаза не блестят интересом, скорее каким-то холодом. Обидой. Именно ей.
И это логично. Я сделал все для того, чтобы она так на меня смотрела.
– Не знаю.
– Не верю, Ваня.
– Это не всегда зависит от меня.
– Не думаю, что ты не захочешь оставить за собой последнего слова. Если ты исчезнешь, это будет сугубо твоя инициатива.
Азарина раздраженно сбрасывает пиджак с плеч и откидывается затылком на подголовник. Согнув ногу в колене, упирается каблуком в торпеду. Длинное платье соскальзывает с бронзовой кожи, оголяя бедро в разрезе.
Ловлю это изменение, чуть крепче сжимая руль, а после медленно возвращаю взгляд к дороге.
– Моя, – киваю. – Тогда это была моя инициатива.
Она злится, потому что хочет слышать другое. Но ничего нового или оправдывающего себя я не скажу.
– Тогда какого черта ты сейчас делаешь? Зачем, Ваня?
– Не получается сказать себе «нет».
– Вот и у меня, – шумно выдыхает, – не получается…
– Видишь, как удобно? – чуть улыбаюсь. Хочется уже разрядить эту атмосферу скорби по прошлому.
Татка качает головой, прислоняя ладонь ко лбу. Замечаю ее улыбку и сворачиваю на обочину дороги.
– Зачем мы остановились?
– Ты хотела поговорить.
– Не хотела. Тебе показалось.
– И именно поэтому так реагируешь.
– Как? –затаив дыхание, подается чуть ближе.
Запах ее духов переполняет легкие. Что-то сладкое, едва уловимое, но слишком сильно въевшееся под кожу.
– Как при нашей встрече в ресторане, – отпускаю руль, разворачиваясь к ней корпусом, – как в моем кабинете, – чуть ослабляю галстук, – и как сегодня. Сейчас.
У нее дрожат веки.
Мой взгляд падает на оголенное плечо. Шею. Хочется припасть к ней губами. Такое необузданное желание, а перед глазами искры.
Она снова плачет. Я вижу, как блестят ее глаза, как поджимаются губы.
Эмоциональный всплеск из громких фраз остается позади.
По спине ползет мертвецкий холод. Раздражаюсь и тянусь к таблеткам. Последнее время их почти не жрал, но весь этот нервяк на работе, плотно прикрытый маской спокойствия, не мог не дать о себе знать. Плюс мысли. Постоянные, преследующие мысли о ней.
Сжимаю пальцы в кулаки. Простреливающая боль. Глухой выстрел и расползающееся напряжение. Остро. На грани взрыва. Словно тебе на живую выдирают позвоночник.
Закидываю в рот пару капсул и прикрываю веки.
Когда открываю глаза, вижу перед собой Таткино лицо.
– Все в порядке? – ее ладонь тянется к моему лицу.
Чувствую теплое прикосновение тонких пальцев к коже на щеке и по инерции крепко сжимаю ее запястье. Убрать или позволить продолжить?
66
Тата
У него ошалелый взгляд. Хотя у меня самой такой же. Это прикосновение было подобно взрыву.
