Высоко взлетевший холодок новогодней ночи окутывает город золотистой дымкой. Я выкатываюсь на улицу, сердце колотится так же, как и рябь в глазах моего парня, глядящего в объятиях вертихвостки сестры — лучшей подружке. Ночью надевать пальто необязательно, но я поскальзываюсь на морозе и упираюсь ногами в глубокий сугроб....
От меня-то чего хочешь?
– Посоветуй клинику, импланты, я бы с удовольствием легла к тебе под нож, но ты сам знаешь, это моментально просочится в прессу, какой бы уровень конфиденциальности у нас ни был. Хочу все сделать тихо, за границей.
– Думаю, я знаю, кого тебе посоветовать. А Ванечке при следующей встрече я обязательно от тебя привет передам, вот он обрадуется.
– Не смей, – резче, чем хотела, подаюсь вперед, – не смей, слышишь?
– Да ладно тебе.
– Хотя какое мне до этого дело? Позвони, как договоришься.
– Позвоню.
Одобрительно киваю.
– А у меня в следующем месяце концерт, приглашаю, – спохватившись, протягиваю несколько ВИП-билетов, – новая программа.
Весь прошлый год убеждала себя, что завязала с концертной деятельностью, а теперь вот снова решила в пучину с головой. Мне нравилась та моя жизнь. Что бы я ни говорила и как бы ни сходила с ума на гастролях, ничего не может заменить мне ощущения кайфа от переполненного зала и людей, в голос подпевающих мои песни. Эйфория.
– Ты разочаруешься, но я и старую не видел, – Стёпка разводит руками.
– Все, вали, Громов, мне нужно еще к съемкам подготовиться.
– Язва.
Громов уезжает. Смотрю на себя в зеркало, обвожу ладонями грудь, теперь уже проникаясь сомнениями. Точно ли мне это нужно?
Лежащий на кровати мобильный оживает. Звонит адвокат Дениса. Того самого Дениса, что вытянул меня из депрессии. Того, кто протянул руку в самый темный момент моей жизни. Теперь вот он настал у него.
Соколов наткнулся в парке на какую-то шпану, как говорят, не рассчитал удар и превратил одного из нападавших в овощ.
– Тата, все очень плохо. Линия обвинения зажимает по полной. Никаких доказательств, главная свидетельница как сквозь землю провалилась…
– Я поняла. Завтра уже буду в Москве, выбей мне с Деном свидание.
Сбрасываю вызов и пару минут смотрю на телефон.
Я могу позвонить Ване. Возможно, он сможет чем-то помочь…
Но насколько это ужасно – идти к нему на встречу с корыстным интересом и без всякого ответа о нас?
Дрожащими пальцами нахожу нужный контакт и нажимаю «вызов».
Долгие гудки, а после – его голос. Приветствие, от которого по телу расползаются мурашки.
Перевожу дыхание и наконец произношу:
– Привет. Мне нужна твоя помощь…
71
Как только возвращаюсь в Москву, первым делом встречаюсь с Ваней.
