В черте города живут два соседних мира: один на пляже с деревянными мостиками и другим в тени железной завесы. Братки – не значит братья: каждый за свое. Лариса прекрасно это понимала, но любоваться им не хотела. Ночи луной кишат городом, синим светом пляжных фонарей — и железным грохотом станции. Это о чем-то говорит....
– В какой-то степени – да, приятно, – кивнула девушка.
– Вот я и подумал, что тебе нельзя сейчас замыкаться в себе. Тебе, Лариса, нужно выговориться. У меня сегодня выходной; ты, я так понимаю, скоро сменишься. Мы бы могли встретиться где-нибудь. Посидеть в кафе…
– Я не могу, – вопреки своим тайным желаниям отказалась девушка.
– Я понимаю, траур…
– Да, траур. И не в моем положении развлекать… – она запнулась, не зная, как назвать Сергея.
– А не надо меня развлекать. Развлекают пустопорожними разговорами. А ты мне о своих проблемах расскажешь.
– Все это хорошо, но я должна отказаться.
Лариса крепко взяла в узду свои желания, и Сергею ничего не оставалось, как уйти несолоно хлебавши. Она его не остановила. За что едва не прокляла саму себя…
* * *Захар щелкнул зажигалкой, глубоко затянулся. Сигарета крепкая, но он этого даже не замечал, потому что сильно волновался. Не каждый день он встречается с Фирсаном, с человеком, от которого зависит его жизнь и судьба.
К нему подошел Кеша, начальник личной охраны, легонько тронул за плечо.
– Пошли.
Фирсан ждал его в своем кабинете. Казино «Абсолют» считалось лучшим в городе – и размах здесь не хуже, чем в столице, и «звезды» из Москвы здесь частые гости. Неудивительно, что Фирсан считал это заведение своим любимым детищем. Правда, днем он заседал в офисе своего банка, но вечера посвящал казино. И дела свои здесь решал, и отдыхал.
Обычно Фирсана можно было застать в компании двух очаровательных девиц из эротической подтанцовки, но сейчас он был один, что само по себе подчеркивало важность предстоящего разговора.
Фирсан сидел в глубоком кресле, поглаживая роскошного персидского кота, которого он держал в руках. На пальце сверкал золотой перстень с крупным бриллиантом. Фактурный мужчина, представительный. Есть что-то аристократическое в его широкоскулом лице. Глаза у него большие, черные, глубокие. И бровь смоляная… Одна бровь. Второй нет. Вместо нее – глубокий рубец, слегка поросший бесцветными волосами.
– Ну, и что ты хотел мне сказать? – небрежно спросил он.
– Михея больше нет, – заискивающе отозвался Захар.
– Я в курсе.
– Теперь можно решить вопрос с Боцманом.
– С чего ты взял, что с ним нужно решать? – удивленно повел бровью Фирсан.
– Есть соображения…
Захар уже встречался с боссом после своего ранения.
