В темном и сырном борту лодки, где воды течёт как кровь или молоко, я открывает глаза. Солнце уже неспешно поднимается над волнами, словно проклятый жезл гонит нас вперёд. Восьмой час утра или девятого - всё ещё неясно. Я попробую сломать сухожилия, проверить, какова степень моего брани от воды и природы....
На пятнадцатый день осады Бертран дю Геклен оставил под стенами замка две сотни бойцов, чтобы держали взаперти гарнизон, пока не прибудут осадные орудия, а с остальной армией последовал в графство Руэрг. Все герцоги решили воспользоваться случаем, отправились в находившийся неподалеку Авиньон, чтобы засвидетельствовать свое почтение новому Папе Римскому и герцогу Анжуйскому, который там гостил. Наш полководец порадовался их отъезду. Он лучше чувствовал себя с менее знатными командирами, даже такими образованными, как я.
Города и замки графства Руэрг, в которых стояли французские гарнизоны, сдавались сразу. Парламентеры встречали нас за несколько лье от населенного пункта. Зимой здесь побывали эмиссары французского короля и объяснили правила игры: кто приносит оммаж, того не трогают. В итоге поход превратился в прогулку.
Освободив от англичан графство Руэрг, мы вернулись к замку Юзе. Туда уже прибыли осадные орудия. Из Клермона привезли два больших требюшета, способных метать камни весом около ста килограмм, из Риомса — два поменьше, килограмм на тридцать-сорок, а из Парижа три артиллерийских орудия, которые носили гордое название бомбард. Это были трубы длиной метра два с половиной, сваренные из кованых полос железа.
