Сергей Бабкин пытается отбросить сомнительные мысли утром, когда звонит Игорь Васильевич. В трубке играет «Шутка» Баха. Несколько мгновений они обмениваются вежливыми приветствиями и делают вид, что всё в порядке. Только здесь начинается необычная история — как бы маленькая капля на стеклянной короне над бумажным занавесом....
Циник на цинике, подумал Сергей. Веселые люди, ей-богу.
Пожалуй, они начинали ему нравиться. Поразмыслив, он понял отчего. Этих веселых людей ему оставалось терпеть от силы пару часов. Наконец-то впереди забрезжил свет надежды. Домой, домой! Выбирать Машке подарок, заниматься повседневными делами, прекрасными в своей обыденности, и выкинуть из головы весь этот зоопарк, как бредовый яркий сон."
"– Я же говорил, нервы у творческих людей ни к черту, – удовлетворенно воскликнул Грегорович. – Не выдержал, гад. Решил таки подать сигнал своему Андрюшеньке! Интересно, когда и где они успели сойтись?
– Да где угодно, – снова подал голос Кеша.
– Правда, Кешенька, твоя правда. Но какая же сволочь!
К кому относилось последнее замечание, Сергей так и не понял.
– Почему вы дружно решили, что убил Джоника не сам Решетников? – спросил он. – Сообщение ничего не доказывает. Бантышев мог просто сообразить, кто виновник, и постараться его… не знаю… успокоить.
– Мог, лапушка ты моя, конечно, мог! – обрадованно заверил Грегорович. – Но тут ведь что получается? Совокупность обстоятельств!
Он с многозначительным видом поднял указательный палец к потолку.
«Вот же павлин. Какая тебе еще совокупность?»
– Богдан Атанасович прав, – спокойно сказал Макар, словно прочитав мысли напарника. – Эсэмэска доказывает, что Решетников и Бантышев были близко знакомы. А оба они это скрывали. В свете нашей с тобой, Серега, первоначальной задачи и подозрений Джоника, вывод напрашивается однозначный.
– Да и текст… – поддакнул Грегорович. – Сообщение, котики мои, интимное. «Мой хороший!» Ха!
Бабкину неожиданно стало жалко и скользкого голубоглазого хмыря Решетникова, и Бантышева с его вечной лучезарной улыбкой. Нет людей мрачнее и грустнее клоунов.
– Картина вырисовывается следующая, – сказал Макар. – Сколько длится связь Бантышева и Решетникова, мы не знаем, но это и не имеет значения. Джоник заподозрил своего администратора.
Грегорович покачал головой.
– Я слышал. – Кутиков заинтересовался и даже выступил на шаг из своего угла.
