Автор
Леди Лайонин проворковала под старым донжоном, где холодные январские ветры стучали по каменным стенам, будоража сердце лежащей внутри нее. Люси звалу, но толстые одеяла и теплый шатер были ее последним убежищем от морозов и беззаботного ожидания своего назначения.
– Он так же добр, как его хозяин, – заверила она и, погладив бархатный нос, взяла железный гребень и принялась расчесывать длинную густую гриву.
Джеффри благоговейно взирал на эту сцену.
– Но Тай – жеребец и совсем не отличается добрым нравом. Он еще ни с кем, кроме Ранулфа, не вел себя так! Знаешь, что он укусил старшего конюха твоего отца?
– Уверена, что тот заслужил наказание. Смотри, какой милый конь!
Она подошла ближе к ногам Тая и погладила колени, поросшие длинными волосами, ниспадавшими до самого пола.
– Я не встречал девушки, подобной тебе. Брату очень повезло.
Лайонин встала и протянула Таю новое яблоко."
"– Одного не понимаю: почему он до сих пор не женат? То есть был женат когда-то, очень давно. Представить не могу, как это придворные дамы упустили такого жениха?
– О нет, они пытались. Но в их глазах и поведении есть нечто такое, что можно разгадать без труда. И это что-то – алчность.
Кровь прихлынула к щекам Лайонин. Она поспешно отвела глаза.
– Но меня тоже одолевает алчность.
– Придворным дамам не дает покоя его богатство, и это очень легко увидеть. Они замечают его дорогие одежды, соболью подкладку плаща, драгоценности на камзоле и точно знают стоимость его имений.
– Имений? Но у него только Мальвуазен, остров к югу от Англии!
– Мальвуазен – всего одно владение из многих. Есть еще и…
– Не рассказывай! Не хочу думать о моем Ранулфе как о придворном короля, одном из его графов. Это безумно меня пугает. Лучше бы он был бароном вроде моего отца.
– О каких детях идет речь? – осведомился подошедший Ранулф. – Я еще не коснулся девушки, а она уже считает себя матерью.
Джеффри перевел взгляд с Лайонин на брата:
– Пойду потолкую с Малардом. Ранулф усмехнулся, глядя вслед юноше.
– Что тут смешного?
– Малард редко говорит с кем бы то ни было, – пояснил он, оборачиваясь к Лайонин, все еще расчесывавшей конскую гриву. – Похоже, ты согласилась выйти за меня из-за моего жеребца.
Жеребец подтолкнул хозяина в плечо.
– Видишь, эта мысль ему нравится. А теперь иди ко мне. Ты так избалуешь беднягу, что придется его продать.
Лайонин послушно шагнула вперед. Он положил руки ей на плечи и пристально заглянул в глаза:
– Хочу запомнить тебя, потому что завтра утром уеду.
– О нет! Не так скоро! – Она качнулась к нему.
