Прекрасная девушка с мокрыми светло-русыми волосами стояла в бани, словно русалочка вынырнувшая из воды. Две влиятельные женщины, знатные жители Холмогорода, накрывали княжеской невесте теплой водой и молясь: "Мать-Вода! Государыня-Вода".
Все сложилось удачно: еще до приезда Ингера Вячемир объявил о сборе веча всей земли Полянской по окончании жатвы, и теперь старейшины, съезжаясь, обнаруживали, что им предстоит увидеть посажение на киевский стол не Ельги, а того, кому его и завещал ее прославленный отец. На пирах по случаю Дожинок Ингер собирался принести жертвы ради благополучия своего вокняжения, и все лучшие люди земля Полянской должны были стать тому свидетелями.
На родном княжьем дворе Свен застал перемены. Когда он спросил о сестре, Годоча указала ему на гостевую избу – ту самую, где давали Боголюбу злополучный пир.
– Ты не прав! – убеждала его Ельга, когда он зашел к ней. – Они нам очень даже нужны. Мы ведь не знаем воли богов. У нас впереди война! Теперь, когда нашу рать поведет законный князь, избранник отца, люди пойдут охотнее, а мне будет куда спокойней.
– Где он? – Нового господина Свен еще не видел.
– Они пошли на Святую гору, к старейшинам. Обсуждать принесение жертв – за успешную жатву, добрый урожай и Ингерово вокняжение.
– Ты в это веришь? – Свен усмехнулся. – Забыла Хвалимира? Уж этот не отступит, посади перед ним хоть троих князей! Кия, Щека и Хорива!
Ельга вздохнула. Она хотела бы верить в лучшее, но собственный здравый смысл мешал.
– Ну, хотя бы другие соседи не ополчатся на нас, пока мы будем воевать с древлянами.
– Будем приносить жертвы и за войну?
– В дружине говорят, за войну еще рано. Это стоит сделать перед выступлением в поход. Сначала нужно, чтобы земля Полянская и боги признали нашего нового князя, а уж потом пусть он просит их за нас. Хочешь туда пойти?
– Успеется! – хмыкнул Свен. – Лучше ты мне расскажи, что здесь как.
У него хватило времени отдохнуть и привести себя в порядок после дороги, прежде чем он впервые предстал перед новым киевским князем.
