Автор
В злобе небес и безнадежной тоске сердца Гростенсхольм прибыл в мир с неожиданными для родственников новостями: отвратительный подозрительный тип, пришедший издалека, оказался его потомком. Жизнь, казалось бы, была ему в чем-то понарошно подарена - ни от кого не наследуя ничего доброго и прекрасного....
— У меня не укладывается в голове, как ты смогла прожить здесь совсем одна, — сказал Хейке. — И обустроить это жилье. Я бы вряд ли стал двигать эти балки. Ведь все могло рухнуть тебе на голову. Пошли, нельзя терять времени. Сюда вот-вот придут!
— А как ты думаешь получить Гростенсхольм назад?
— Хорошо, что ты спросила только про Гростенсхольм. Сначала наши усилия надо будет сосредоточить на этой усадьбе. Не потому, что она моя, я не такой эгоист. Просто у них было мало причин конфисковывать ее. Я думал найти какого-нибудь честного чиновника — если такие есть, конечно.
— Помощника судьи?
— Это было бы лучше всего. Раньше один из наших предков, Даг Мейден, занимал подобную должность. Но это было в незапамятные времена. Так что мы не можем сослаться на него. Да и вряд ли о нем кто сегодня помнит. Но самое досадное в том, что герр Снивель сам занимает высокий пост. И очень влиятелен. Так, во всяком случае, говорит Эйрик. Так что нам будет непросто.
— Да уж, не так все весело, — констатировала Винга.
— Нельзя терять надежды. Мы еще не приступали к делу.
Винге очень нравилось, что Хейке все время говорил «мы». Он считался с ней.
Для того кто, подобно ей, так долго прожил вдали от человечества, это особенно приятно.
По дороге, вдоль опушки леса, шли две женщины. Увидев их, Винга инстинктивно бросилась прочь и спряталась в кустах.
Хейке поднял ее и, улыбаясь, заметил:
— Они не могут видеть нас. Ведь мы в лесу. Забудь, что ты когда-то была зверем. Теперь ты снова человек.
— Я в безопасности только тогда, когда ты рядом, — отвечала она.
— Потому что я сам как зверь?
— Может, и так. И это не в обиду тебе сказано, скорее наоборот!
— Да ты меня и не обидела вовсе. Они пошли дальше.
— Но сначала нам надо узнать некоторые подробности. Ты знаешь, например, сколько времени герр Снивель прожил в Гростенсхольме?
Она задумалась:
— Точно не помню. Но прошло не так уж много недель с тех пор, как я впервые увидела, как в усадьбе кто-то поселился.
Хейке кивнул:
— Тогда у нас есть шанс.
— О чем ты?
— О сокровище. Мы должны унести оттуда сокровище, прежде чем он обнаружит его и все уничтожит.
— А ты знаешь, где оно?
— Да. Тетя Ингрид мне рассказала. — Он улыбнулся. — О, Ингрид все знает. И ей очень хочется, чтобы мы нашли его!
— Она тебе сама об этом сказала? — боязливо осведомилась Винга.
— Нет, она ни словом не обмолвилась. Я сам чувствую.
— А все-таки, наверно, интересно быть меченым? — наивно спросила Винга.
