Автор
В злобе небес и безнадежной тоске сердца Гростенсхольм прибыл в мир с неожиданными для родственников новостями: отвратительный подозрительный тип, пришедший издалека, оказался его потомком. Жизнь, казалось бы, была ему в чем-то понарошно подарена - ни от кого не наследуя ничего доброго и прекрасного....
Позади них, в усадьбе, яростно залаяли собаки Снивеля. Видимо, Дида прекратила свои чары. Теперь псы могли беситься сколько угодно. Воры были далеко.
Хейке решил найти другой путь назад. Он боялся за босые ноги Винги. Но колючки были повсюду. И потому ему снова пришлось нести девушку.
— Только не на спине, — бесцеремонно проговорил он, думая при этом вовсе не о своих ранах. — Лучше я понесу тебя на руках.
— А сможешь?
Он только фыркнул.
И взял ее на руки. Винга положила голову на плечо Хейке. Руками нежно обняла за шею.
— Как мне хорошо, — пробормотала Винга, прижавшись виском к щеке Хейке. — Знаешь, когда я думаю о том, что ты мог не появиться тогда у меня на усадьбе, меня прямо мороз по коже продирает.
Он хорошо понимал ее. В то же время парень был совсем сбит с толку. Он привык к тому, что с первой же встречи люди стараются держаться от него подальше. Винга же приняла его сразу — таким, каков он есть. Иногда даже казалось, что она влюблена в него.
А вот это совсем ни к чему. Надо как можно скорее показать ей обычных людей — тогда девушка сразу почувствует разницу.
А вообще-то зря он привязался к Винге, — чем сильнее привяжешься, тем тяжелее будет удар, когда она вдруг обнаружит, что существуют мужчины красивее его.
Она еще совсем девчонка. И что она знает о любви, хотя бы о мимолетной влюбленности?
Нести ее было непросто. Прекрасные волосы постоянно попадали ему в нос, руки мягко обвивали шею, кончики пальцев нежно щекотали подбородок, глаза горели детским восторгом от желания порезвиться.
Забыв про свою гордость Хейке не выдержал и спросил:
— Винга, ты совсем не считаешь меня отвратительным?
Наклонив голову, девушка пытливо взглянула на него. Уже почти рассвело, но каждую черту лица было невозможно разглядеть.
— Если кому нравятся демоны… то ты прекрасен!
Спросить, нравятся ли ей демоны, он не решился. С его стороны это было малодушием. Чтобы он не услышал ответ!
Жестче, чем хотелось, он опустил ее на землю.
— Тут ты уже можешь идти сама. Колючек больше нет.
Девушка была явно сконфужена:
— Ты рассердился? Но ведь я хотела сделать тебе комплимент!
Хейке только сжал зубы. Этого-то он и боялся!
Однако настроение у парня тут же поменялось. Он спросил уже совсем другим тоном:
— Тебе понравился Гростенсхольм? Такая большая и красивая усадьба!
— Угу, — произнесла девушка с тоской в голосе.
Хейке никогда раньше не думал о богатстве.
