Девушка попадает в плен к жестокому и опасному мужчине. Перед ней встает выбор: подчиниться или погибнуть. Но в этой игре власти и выживания могут зародиться совсем другие чувства. История о том, как любовь рождается в самых темных обстоятельствах.
Собранный, холодный, большой. Он протянул руку в ожидании моей.
— Вставай, маленькая. Пора уходить, — велел он.
Я вложила подрагивающую ладонь в его руку. В этот раз меня тоже не спрашивали — Эмин почти нежно взял мой палец и надел на него возвращенное кольцо.
— Так будет с каждым, кто меня предает, — упомянул он об Альберте.
Я тихо вскрикнула. Эмин схватил меня за талию и резко притянул к себе. И рот закрыл рукой, привязывая молчать.
— Что, Эмин? По-другому не умеешь, только силой ее увозишь? — закричал Давид из гостиной.
Широким шагом муж повел меня к двери. Только не к основной, а к черному ходу. Туда уже переехали его люди, готовясь к отъезду. У главного остались машины с людьми Давида.
Эмин оставил меня, подошел к Давиду и еще раз от души ударил его в челюсть.
После чего мрачно заявил:
— Чужое больше не трогай.
Эмин улыбнулся, на его припухшей губе давно застыла кровь."
"Он вывел меня из дома и как котенка закинул меня в машину. Хлопнула дверь, Эмин сел следом. Я сжалась на переднем сидении. Валера подошел ближе и склонился к водительскому окну, уточняя маршрут.
— Наши на выезде заметили машину Эльдара. Менты тоже близко. Через две минуты можем выползать из сектора.
— Это охрененная новость, Валера. Значит, и старший сядет за решетку, потому что сынка не успеет вытащить. А пробовать будет.
Эмин рассмеялся. Тяжело, страшно, хрипло. Этот смех не сулил мне ничего хорошего.
Люди мужа заняли позиции. Через несколько минут мы тронулись и покинули сектор, когда полиция уже окружила дом. Из услышанного я поняла, что Эльдар тоже там, но помочь Давиду не сможет даже он. Слишком поздно. Эмин постарался.
За окном стояла непроглядная ночь, сзади нас сопровождали люди Валеры. Они будут с нами до конца, до самого Волгограда.
Сколько длился мой ад? Сколько часов я кричала? Щеки безостановочно мокрые, руки ледяные. Я поджала колени, и это не укрылось от взгляда Эмина.
— Вот и все, моя девочка. Мы едем домой.
Глава 53
Я прятала лицо в ладонях, когда Эмин хрипло засмеялся. Все тело пропахло им — моим мужем. Ты не прав, Эмин: ничего не заканчивается. Все только начинается.
В просветах между пальцами я увидела, как его руки ловко открыли бардачок, внутри зажегся свет, и он достал оттуда пистолет.
— Что… что ты делаешь? — просипела я.
Оружия в бардачке было много. Видимо, на этой машине мы вернемся в Волгоград, потому что салон был не пригоден для сдачи обратно. Он весь пропах беззаконьем.
