Девочка Эмина описывает юношу, который прибирается в суматошном доме своих родителей перед переездом. Вместе с ним мы видим разницу между жизнью городской и деревенской. Атмосфера книги наполнена тревогой и надеждой на новую жизнь за пределами обычной повседневности....
Я тысячу раз пожалела, что приехала сюда. Вид умирающего Булата выбил меня из колеи. Я пришла сюда с ненавистью, а ухожу с жалостью. Неужели так выглядит прощение?
— Ты сильна и благородна, — прохрипел Булат на последнем издыхании, — ты вся в меня, Диана. Только лгать я тебя не учил.
— Достаточно! Коля, выведи меня отсюда, — велела я, разозлившись.
Коля выбрался из подвала первым, чтобы открыть передо мной дверь.
И тогда тихий хрип добрался до моей спины:
— В моем кабинете в поместье ты найдешь подарок.
Я оглянулась: здоровые участки его кожи стали совсем бледными, Булат с ужасом смотрел прямо перед собой, а пальцы его были неестественно скрючены.
Все произошло молниеносно.
Под руку с Колей я выбралась из подвала. Здесь было много ступеней и мало света, но Эмина я увидела сразу. И оружие в его руках тоже.
— Эмин! — воскликнула я.
Муж остановился на пару ступеней ниже. Наши глаза оказались на одном уровне впервые, и в них я прочитала все.
— Не нужно, Эмин.
— Не нужно? — эхом повторил муж и следом отдал приказ, — уведи, Коля.
Коля попытался увести меня выше, но я с силой вцепилась в темную рубашку Эмина. Послышался треск ткани, это его любимая рубашка.
— Не нужно проливать кровь. Тебе будет хуже, Эмин. Мы можем его посадить, он не стоит того.
— А знаешь, маленькая, ты права. Мне будет хуже. Как насчет тебя?
Я шумно выдохнула.
Эмин вложил в мою руку нагретый металл. Тяжелый, увесистый. Я испуганно дернула рукой, пытаясь избавиться от пистолета, но Эмин крепко сжал его в моих пальцах.
— Иди. Отомсти ему за все.
— Я так не хочу. Я не смогу.
Тогда Эмин забрал оружие и подошел ко мне вплотную. Его сильное тело вжало меня в шершавую стену, губы почти касались моих щек.
Горячее дыхание опалило мое лицо.
— В таком случае предоставь мужскую работу мне. Я о нас позабочусь. Пойми, Диана, из нашего мира уходят только ногами вперед.
Эмин долго смотрел на меня в упор, а затем повернулся к Коле:
— Уведи ее, твою мать!
На этот раз меня перехватили сильнее и насильно потащили наверх, к свету в конце подвала.
А в следующую секунду раздался выстрел.
Всего один.
Тогда я оттолкнула Колю и обессиленно упала на ступени. Я ничего не чувствовала, последние слезы я выплакала после смерти папы.
