Автор
Ничто не указывает на начало или конец этой ночи, лишь тягучая пена волн свидетельствует о проходящем временном потоке. Вдоль темной реки шагает девушка в синих платьях, среди ночного леса ее фигура – живой символ спрятанности и непостижимости.
Так что, будь я убийцей, я бы просто промолчал, и никто бы никогда меня не нашел.
– Однако я тебя нашла, – проворчала баронесса. – Значит, другие тоже могли… если бы захотели.
– Кто тебе рассказал обо мне? Шофер Буазен? Он все о ней знал, вообще-то.
– Нет, шофер мне ничего не сказал. Но Анри Невер помнил, что тебя зовут Александром, – объяснила Амалия. – То же имя стояло и в ее последнем письме, но без фамилии. От одного человека я узнала, что Женевьева часто ездила на улицу Кардине. Потом другой человек принес мне клочки черновика ее последнего письма.
Александр улыбнулся.
– Да, – сказал он, – когда я искал квартиру, то выбрал именно ту – как раз из-за рыцаря напротив. Он мне нравился.
– Боюсь, ты не понимаешь, каково было мне, – усмехнулась Амалия. – Я ведь вспомнила, что ты жил в этом доме.
– Я подумал, что ты бы не обрадовалась, если бы узнала о нас… – протянул Александр, почесывая собачку за ухом. – Помнишь, у Михаила был роман с балериной?
– Которую он застал потом в постели со своим лучшим другом, – сухо дополнила Амалия. – Скажешь после этого, что я была не права?
– Не знаю.
От Амалии не ускользнуло слово «почти», которое ставило под сомнение смысл всей фразы, но в то мгновение она предпочла не задерживаться на неприятной мысли.
– Подумать только: пока я разыскивала подруг Женевьевы, ее врагов, знакомых, всех, кто мог хоть что-то о ней рассказать, человек, который больше всех знал о ней, находился рядом со мной и ничем себя не обнаруживал!
– Разве? – вяло спросил Александр. – На самом деле мне было очень плохо, когда тебе принесли кинопленки и мне пришлось их смотреть вместе с вами.
Амалия пристально посмотрела на него.
– Ты из-за нее пошел на войну? – внезапно спросила мать.
– Не говори глупостей, – нахмурился сын. – При чем тут Жинетта?
– И поэтому ты ни на ком не женишься?
– Я не создан для семьи, – поморщился Александр. – Прости, но жена, дети, налаженный быт – от всего этого меня воротит. Это не мое.
